Талий не смог прибыть, потому что до сих пор проводились допросы наёмников, работающих на морфов. С её прибытием разведчики словно исчезли с улиц. Но Анри мне сообщил, что он организовал встречу Эмери со страшим ГРУ на территории Балакино. Мне не было большого дела как и о чём шёл разговор. Главное, что проблема была решена. Всё моё время занимало состояние Ка Фец.
Поздно вечером в лабораторию пришёл Ля Фисто.
— Ярар, гномы заговорили.
— Анри, там что-то важное? — с раздражением в голосе спросил я. А всё потому что я, Герек и Корф топтались на месте.
Наши эксперименты с покорными не заканчивались, но положительных результатов не было. Их плюс был в том, что у них не было не каких отклонений с глазами. Когда мы допускали ошибку или просчёт, я возвращал всё назад. И я всё больше склонялся к мысли о том, что у Анжелики было наследственное заболевание, которое из-за моего вмешательства усугубилось.
— В том то и дело, что да. И до утра это никак не подождёт! — твердо ответил он.
Он показал мне взглядом, что говорить при Гереке и Корфе не станет.
И я, тяжело вздохнув, сообщил им, что они могут быть на сегодня свободными. Всё равно мы не знали, что делать дальше.
Когда они вышли, я спросил.
— Ну что там такого они рассказали, что ты так напрягся?
Он попытался ухмыльнуться, но напряжение на его лице никуда не исчезло.
— Ярар, гномы научились создавать искусственные накопители.
Вначале я обрадовался таким новостям. Это значило, что большой войны удастся избежать.
Но что-то во взгляде графа, говорило, что не всё так просто.
— Только не говори мне… — произнёс я, когда сопоставил факты.
— Да, жертвы. — дополнил он, когда я понял, как именно связаны искусственные накопители и ритуал.
Разговор предстоял не из простых.
— Кто ещё знает? — спросил я.
— Только ты и я, — ответил он. — Как только гном заговорил, я пришёл сразу к тебе.
— Тогда собираемся у меня в кабинете через пол часа.
— Михаил, Зес, Ронак, Эмери? — называл имена, кого нужно позвать на собрание.
— Только Зес. Вначале послушаем, что тебе успел поведать гном, а потом решим, что делать дальше.
— Но почему не Михаил и Эмери?
— Потому что я не знаю, как мы поступим с этим знанием. Если эта информация просочится, то как думаешь, что последует дальше?
Я видел, как осознание появилось на лице графа.
— Люди станут ресурсом в новой войне. — ответил он. — Начнутся массовые жертвоприношения для того, чтобы создать накопители.
— Вот именно.
