И через несколько часов в доме никого в живых не останется.
— Впервые слышу о таком яде, — взяв аккуратно пузырёк, сказал граф.
— Прискорбно это слышать. Ведь изобрели его у Вас на родине.
Граф удивленно посмотрел на Эмери.
— Он знает кто Вы, — сказала она. — Могли бы и сами догадаться. Неужели до сих пор не поняли почему Вам, а не Михаилу, дают такие специфические задания?
— Простите мою недальновидность, госпожа. Я доложу, когда всё будет кончено, — после чего он покинул кабинет. — Словно и не уходил на пенсию, — пробурчал себе под нос граф, стоя уже за дверью.
* * *— Милорд, мы прибываем. — Зес зашёл в каюту, в которой отдыхал Талий.
— Сколько у меня есть времени? — сонным голосом спросил он.
— Думаю, что не больше пятнадцати минут. Я не будил Вас до последнего, — ответил Зес.
— Хорошо, спасибо. Я уже встаю. — И когда дверь за бароном начала закрываться, Талий крикнул: — Зес, я очень благодарен за то, что ты дал мне выспаться!"
"— Пожалуйста, — услышал тихий ответ Талий.
Талий вышел на палубу и посмотрел на строящийся город.
Пока он был небольшого размера. И завершённых построек виднелось очень мало. Зато все они были сделаны из бетона, который был огнеупорным, в отличии от дерева.
Потом он увидел около полусотни шатров за городом, в центре которых был огромный золотистой крест. Увидев его Талий невольно сжал губы.
После гибели отца Серек взял его на воспитание и тот часто рассказывал историю о том, как из-за церкви его род должен был покинуть родовые земли. И у Талия сложилось мнение, что среди церковников нет хороших людей.
— Нас уже встречают, — указал Зес на небольшой холм впереди.
— Что насчёт нашей пленницы? Она ещё жива? — спросил Талий.
— Да. Я проверял её перед тем как разбудить Вас.
Глава Тьер кивнул.
— Отнеси её к Ярару. И сделай это так, чтобы её видели, как можно меньше людей. Пусть приведёт её в чувство. — Потом, сделав паузу, спросил: — Зес, он же не умеет восстанавливать конечности?
— Я думаю, что никто такого не умеет, — ответил Зес.
Глава 19
Сошедший с корабля отец выглядел напряженным.
Он оглядел всех тяжелым взглядом и мне показалось, что он сердится на нас. Только на мгновение я заметил у него улыбку, которая была направлена на Серека.
Ничего удивительного в этом я не увидел. Ведь именно Серек занимался воспитанием Талия после гибели его отца. А на тот момент Талию было всего три года. Поэтому мне казалось, что он воспринимал Серека как отца. В те времена на моего троюродного деда навалилось очень много дел.
