— Тебе настолько не нравится Талий, что ты решил от него избавиться? — спросил Меньшиков.
— Это цена победы!
— Какой победы? Талий магистр огня! В будущей войне он бы нам пригодился.
— Ты так говоришь, будто он уже проиграл. Смотри как бьётся! — показал он на мост. — А ведь ему нет и ста лет!
Меньшиков буквально на несколько секунд принял задумчивый вид.
— Так ты специально это подстроил, потому что видишь угрозу своей власти?
— Они смели требовать руки моей дочери! И знаешь, они её получат! Мои крючкотворы не нашли способа обойти договор.
Но Талий, имея в своём роду имперскую кровь, мог желать мне гибели, чтобы самому стать во главе страны.
— Ты дурак! — с сожалением сказал Меньшиков. — А с дураками мне не по пути.
Император с гневом посмотрел на него.
— Это измена?
— Нет, — ответил Меньшиков, — но теперь ты сам по себе, Саша. Я ректор университета, а не воин. В будущей войне я не стану сражаться за тебя.
— Это твой окончательный ответ? — выпуская свою магию спросил император.
"
"Меньшиков не стал отвечать, и ещё внимательнее стал смотреть за боем. Его взгляд остановился на Эмери, которая стояла у моста следя за боем. А рядом с ней стояло трое мужчин. У двоих на мантиях были оранжевые вставки, что говорило о том, что это маги огня. Третьего он вначале принял за мага земли, и лишь присмотревшись понял, что на доспехе не коричневые вставки, а зеленые.
«Сын смотрит, как отец сражается насмерть. — обдумывал происходящее Меньшиков.
— Хотел бы я такой смерти?». Но он быстро выкинул эту мысль из головы. Ведь умирать архимаг совершенно не хотел. На то и был расчёт скорой свадьбы его дочери и Ярара. Вернуть себе молодость и помочь молодому правителю, как когда-то просил его старый друг. «Эх, видел бы отец нынешнего императора, что тот творит. Понятия честь и доблесть ему неизвестны. Перед ним лишь пешки!»
Из задумчивости его вывел звук сильного взрыва. Меньшиков вновь напряг зрение.
Талий перешёл в наступление и даже стал теснить Щеглова.
«Какой же у него потенциал», — подумал Меньшиков. А в это время клинки стали мелькать с огромной скоростью. И вот Щеглов запнулся, и упал на мостовую. Архимаг уже подумал, что бойня за этот проклятый город закончится.
— Стихия, что же он делает, — прошептал архимаг. Он позволил Щеглову подняться. И даже с такого расстояния Меньшиков понял, что противник Талия ранен! То, что не удалось ему, смог сделать ТЬЕР.
