Как я потом узнал, Ясул купил в Инкской империи личинки, — я достал специальный стеклянный контейнер с оставшимися девятью личинками, — они уменьшают на две трети резерв мага, но при этом увеличивают его силу.
— Насколько сильно они увеличивают силу? — спросил Талий, внимательно рассматривая личинки, которые плавали в воде.
— Не знаю. Мои исследования только начались. И сейчас меня волнует другой момент, — родители смотрели на меня выжидательно, и я продолжил, — как изменится дар целителя после применения этих личинок?
— Ты думаешь, — поднялась со своего места Эмери, указывая на стол с личинками — что с их помощью целители станут омолаживать так же, как и ты?
— Поэтому я и начал проводить исследование.
И я ещё ничего не добился. Раб, которому я ввёл личинку, не может активировать энергию. Он не знал, что одарен. И исследования осложняются тем, что раб «покорный» и он мало понимает, что я от него хочу. Но об этом мы можем поговорить потом. Так вот, когда я ввёл личинку в раба, то заметил, что в том месте начал разрастаться спрут, точно такой же, как я видел в ауре у Тимофея.
— Ты хочешь сказать, что кто-то ввёл в Тимофея личинку? — спросил Талий.
— Думаю, что да. Именно она не давала ему восстановиться.
— Но у Тимофея нормальный резерв! — громко возразил Талий. — А ты говоришь, что две трети резерва пропадает!
Я сделал паузу, прежде чем ответить ему. Мне казалось, что отец кричит на меня. И от него шло давление магией. И она была настроена агрессивно по отношению ко мне.
— Скорее всего, во время лечения я снял все пагубные последствия от использования личинки. Ведь, если разобраться, моя магия возвращает прежнее состояние ткани или изменяет его.
— Ярар… — начала говорить мать. Она положила руку на плечо мужа, вероятно тоже почувствовав его состояние. — Это серьёзное обвинение!
— Но это не может быть совпадением! Вампир у нас дома, заболевание Тимофея. Симбиот, пожирающий магическую энергию. — Я на секунду, задумался.
— Но вы отправились ко мне почти сразу, как получили от меня сообщение…
— Сын, всё что касается вашего здоровья, нас всегда будет волновать, — сказала Эмери. — И даже если ты ошибаешься, мы должны проверить состояние Тимофея. Насколько я понимаю, ты знаешь больше чем, когда вернулся из путешествия. Мы хотим, чтобы ты и Корф полностью осмотрели Тимофея.
— Рабства, — твёрдым голосом, произнёс я.
— Что, прости? — сделала вид, что она не расслышала.
