Выдержка

Ему сказали, что готовится подборка «И это наши звезды?». Скандальные фотографии. Желтая газета с миллионными тиражами, все ее читают. Не худо было бы туда попасть. Ведь звезды! — с придыханием сказала она. — Ну, я и… Словом, я выпросила эти снимки у…

— Да. У твоего напарника.

— А какие еще? — удивилась Олеся. — Продюсер сказал, что проще начинать со скандала. Мол, все будут знать тебя в лицо.

— А то, что не с лучшей стороны знать, это как?

— Какая разница? Лишь бы говорили!

Я все больше убеждался, как же мне повезло! А я, дурак, сокрушался!

— Но, Леня! Что я еще могу?

— Что ж, ты сделала свой выбор.

Выходи из машины.

— Время, на тебя отпущенное, закончилось, — я демонстративно посмотрел на часы. — У меня дела. Ты что, не слышала? Я занимаюсь бизнесом.

— Вот ты какой! — с удивлением сказала она.

— Ты еще не все знаешь. Наведи справки. Тебе такое расскажут! Давай, вылезай. — Я перегнулся и открыл перед ней дверцу.

— Я вечером свободна…

— Зато я занят. И не вздумай мне звонить. Не отвечу. Пошла отсюда! — заорал я.

Олеся выскочила из машины, как пробка. Я захлопнул дверцу, взревел мотор. Вот теперь меня жгло изнутри. Казалось, там пылает огромный факел. Даже в носу защипало, словно от едкого дыма. Но это не дым, это… «Спокойно-спокойно-спокойно…» Будь проклято все! Продажный мир, продажные женщины. По мне, так лучше честная благородная нищета. Но может быть, я так говорю потому, что я этого не знаю? Мне-то не пришлось выбиваться в люди, мозолить глаза, совершать сделку с совестью. Меня-то чаша сия миновала.

Но как же хочется верить хоть во что-то! Ведь когда я ехал сюда, я все еще надеялся… И этот букет… Разумеется, он не Катеньке предназначался.

Все. Тема закрыта. Я еду… А куда я еду? Мне надо подумать. Время обеденное, но в ресторан не хочется. Наверняка встречу там знакомых, завяжется пустой разговор… А перекушу-ка в фаст-фуде. Подъеду к окошку и приму из рук прелестной девушки пакет. Зарулю на стоянку, пожую здесь же, в машине, подумаю. А подумать есть о чем.

Итак, у меня ничего нет.

Квартира Сгорбыша разгромлена, пакет с фотоматериалами из студии сгорел, Длинношеее убит, мой компьютер выведен из строя. Ни единой зацепки. Мне нечего анализировать. Фотографий нет. Но есть люди. Свидетели, участники событий.

Я купил еды и, как только насытился, начал хоть что-то соображать.

Кажется, я знал, что делать дальше…

Жанровая фотография: Пейзаж с парусами

Часа через три я вернулся домой. Мне надо было поговорить с мамой. Или с отцом.