Выдержка

Ее нет и в цвете, который дает цифра. Компьютер цвет не чувствует, не смягчает, не играет с ним. Он просто фиксирует и передает. Там, где мало человека, также мало души. Удобства, привносимые компьютером в нашу жизнь, прямо пропорциональны чувствам, которые из нас уходят. Мы все больше сближаемся, люди и машины. Но не надо забывать о руках. Ручной труд придает вещи цену. Хотя я с ним спорил. Говорил, что всего этого и при помощи компьютера можно добиться.

— Вот смотри, Горб, — показывал я, когда мы уже сошлись достаточно близко и были на «ты».

— Можно убрать морщины. Можно растянуть изображение. Можно поменять фон. А можно напустить туману.

— Не она, — хмыкал Сгорбыш.

— Ну отчего же не она? Она!

— Значит, она будет довольна!

— Кх-кхе… Сынок… Я вижу, ты хорошо знаешь женщин.

— А почему ты до сих пор не женат?

На самом деле, это вопрос сложный. Открою вам тайну: в глубине души я до тошноты порядочный и правильный человек. И если какой-нибудь женщине удастся дотащить меня до Дворца бракосочетаний и продержать там в течение часа, пока не будут улажены формальности, это все, конец.

Я буду верен ей до конца своих дней, ей и нашим детям. Ни разу не схожу налево и даже не посмотрю в сторону другой. Буду терпеть, какой бы стервой она ни оказалась. Ходить за ней, как пришитый, и на все ее упреки отвечать: «да, дорогая, согласен, дорогая». Я очень люблю детей, это для меня святое. Ради них я буду шелковым, да что там! Бархатным. Съежусь до размеров моей второй половины. Буду ходить каждый день на работу и отдавать всю зарплату, до копейки. Но это моя страшная тайна. Узнай об этом женщины…

К счастью, они не знают. У меня репутация донжуана, пожирателя сердец. С виду я типичный плейбой. Из тех, что красуются на глянцевых обложках гламурных журналов. Спасибо маме! Наверное, когда она была мною беременна, не отходила от зеркала. Смотрела в него так часто и долго, что я родился похожим на нее, как две капли воды. И эти замечательные губы…

Я попытался объяснить это Сгорбышу:

— Женщин у меня было много, но я еще не встретил одну-единственную.

Ту самую. Понимаешь?

— И какой ты ее представляешь, сынок?

— Ее зовут просто. И по-русски. К примеру, Машей. У нее длинные темные волосы и светлые глаза. Голубые. Или синие, — мечтательно сказал я. — Большая грудь…

— Ведь ей предстоит выкормить пятерых детей!

— А не много? — усомнился Сгорбыш.

— В самый раз, — заверил я. — Еще она должна быть доброй. Само собой, порядочной. Я у нее должен быть первым.