Выдержка

Предложить ему партию в теннис? Я умею красиво проигрывать, ничто не ценится больше.

— Рад, очень рад, — сказал Сидор Михайлович, крепко пожав мою руку. Я ожидал, что он спросит: «Какими судьбами?» Но он поинтересовался: — Как здоровье отца?

— Спасибо, он в добром здравии.

Сидор Михайлович посмотрел на меня с любопытством и сказал:

— А не похож! Нет! Не похож!

— Я похож на мать, — сдержанно ответил я.

— Как же, как же! Наслышан! Нуте-с?

Я растерялся. Надо бы объяснить причину моего визита. Он принял меня лишь потому, что знает моего отца.

— Я хотел бы пригласить вас в гости. Поддержать так, сказать, знакомство.

— А! — возбужденно сказал он. — А почему Андрей Валентинович сам не позвонил?

Андрей Валентинович Петровский, как вы уже догадались, мой отец. Я напряженно раздумывал, как объясню ему визит директора комбината и его жены. Особняки на Рублевке в десяти километрах друг от друга — это еще не повод для дружбы взасос. К тому же наш гораздо ближе к светилу.

— Понимаю. Все понимаю. Какой умнейший человек! Талантливый бизнесмен! А руководитель? Какой размах!

Он принялся нахваливать моего отца. Я согласно кивал. Потом рассыпался в ответных любезностях. Мол, комбинат процветает, на территории порядок, а секретарша — прелесть. Он осклабился:

— Что есть, то есть. Хорошо, жена не знает.

— Есть вещи, о которых женам знать не положено, — выпалил я.

— А сам-то? Женат? — подмигнул Сидор Михайлович.

— Жду подходящую партию.

— Это правильно. С женитьбой спешить не надо. Я вот тоже, по молодости да по глупости. Поспешил. Сейчас вторым браком. Молоденькую взял.

«За каким же чертом ты ей изменяешь?» — подумал я, ослепительно улыбаясь. Потом слегка подлизался:

— У вас скоро юбилей. Я слышал: семьдесят. Ни за что не скажешь! Отлично выглядите! Я бы даже предложил вам партию в теннис, несмотря на то что моложе в два раза.

— За чем же дело стало? — оживился он. — Конечно, сыграем!

Я понял, что это приглашение. Вот будет весело, если на юбилее мы встретимся с блондинкой!

— Ну, пойдем, — сказал Сидор Михайлович и первым направился к дверям.

Я не верил своему счастью. Он что, хочет показать мне комбинат?! Какая удача! В приемной друг против друга сидели хорошенькая секретарша и мрачный папаша Горб. Фотограф угрюмо молчал, а она бойко стучала по клавиатуре.