Выгодный риск

Сочетание жирного и масляного с крепким градусом, к которому организм француза не привык, творило чудеса. Он заказал новую порцию блинов и еще графинчик. Русские традиции оказались прелестными. Настолько, что месье Жано в какой-то момент потерял контроль: какой блин съел и которую рюмку опрокидывает.

А потом было так хорошо, что сейчас месье Жано не мог без содрогания вспомнить, что вытворял.

Танцевал дикие пляски под органчик, целовался с бородатыми мужиками и клялся им в любви, разбил графин об пол по-русски – и по-русски гонял полового за новыми блинами, которые уже не мог съесть.

Потом окончательно потерял себя. Еще смутно помнил, как его несут и кладут в пролетку, заботливо накрывая накидкой. Но уже не мог вспомнить, заплатил ли за безобразия или остался должен. Хорошо, что об этом позоре не узнают на родине."

"Месье Жано дал страшную клятву никогда не прикасаться к блинам. А к водке – тем более. От одного воспоминания к горлу подступил ком, он побежал в уборную, чтобы исторгнуть из себя все, что принял.

И долго умывал лицо и грудь ледяной водой.

Войдя в гостиную, месье Жано глянул на часы. Новый ужас охватил его: опоздал на встречу. Опоздал окончательно. Не соблюдая манер, натягивал одежду, надеясь, что его ждут. Выскочив на улицу, прыгнул в ближайшую пролетку и приказал гнать в «Париж» на Тверской. При гостинице был ресторан, где было условлено встретиться.

Извозчик расстарался, довез мигом. Месье Жано кинул франки – рублей в карманах не нашлось – и вбежал в ресторан. В обширном светлом зале сидело несколько пар и одиноких господ, жующих блины.

Месье Лазарева не было. Чуда не случилось. Да и кто стерпит опоздание больше чем на час. Подошел официант. Месье Жано, как мог, описал своего знакомого. Русский язык его далеко не совершенен, но официант уверял, что такого господина не было.

– Не желаете блинов, у нас отменные?

От одного упоминания подступила дурнота. Месье Жано отказался и покинул ресторан. Случилась катастрофа, которой он боялся. Катастрофа, которую он совершил по собственной глупости.

Есть ли шанс, что месье Лазарев явится сегодня во второе место встречи? Или он нарочно проверял француза?

От этих вопросов закружилась голова. Не чувствуя мороза, месье Жано пошел по Тверской медленным шагом, чтобы окончательно прочистить голову и чувства.

Только мучения не кончились. Ему казалось, что из каждого магазина, каждой лавки, от каждого разносчика сбитня и пирожков пахнет блинами. Будто сама Москва насквозь пропахла масляным духом.