Выйти из боя

— Учат нас учат, никак не научат, — сквозь зубы процедила Катя. — Я вам втираю, как по писаному, но, возможно, на случайность напоретесь. Сами соображайте. Только не спешите. От пули даже заяц не ускачет.

— Мы не зайцы, — сказал лейтенант. — Мы сюда вернемся по-любому. Вы, Катя, говорите, — нам совет профессионального человека не помешает. Как нам потом мимо Балаклавы пройти?

— Я в том районе, вообще-то, не была. К каменоломням не сворачивайте. Ориентир — «железка». Там местами виноградники сохранились. Не торопитесь, главное — ночью за первую линию укреплений выбраться.

Дальше чуть легче будет. До рассвета не успеете, замрите на месте. Хоть под самым носом у фрицев, но не шевелитесь. И вообще, товарищи пехотинцы-автоматчики-пушкари, движение только ночью. В горах то же самое. К селам не подходить: татары или сами в вас палить начнут, или вмиг немцам настучат. Окурки, дерьмо, огрызки и старые портянки прячьте под дерн или хотя бы под камни. К людям не подходить ни под каким видом. Поблизости партизан, скорее всего, вы не найдете.

— То есть как не найдем? — растерянно спросил долговязый боец.

— Так и не найдете, — девушка глянула мрачно. — Такая сейчас обстановка сложилась. С нашими армейскими, что в горы пробились, встретиться можете. И на «ряженых» наткнуться вполне вероятно. На себя надейтесь. Вы на разведывательно-диверсионную группу тянете. Мозги только перестройте. Ну, на немцев или румын наскочите, здесь мне сказать нечего. Драться вы лучше меня умеете.

— Ясно, — заключил Половец. — Да, товарищ лейтенант? Измыслим что-нибудь.

Нам бы только в горы вырваться. А там создадим первый горно-морской отряд имени Освобождения Одессы.

— Болтун ты, Половец, — сказал лейтенант. — Отдыхайте пока. Часа три у нас есть.

— Только сначала соберитесь. Может, в доме жратва есть. И главное — все фляжки наполните. Лучше и другую посуду с собой взять, вода для вас в ближайшие дни поважнее жратвы будет, — посоветовала девушка.

— Ценная мысль, мерси, — Половец направился на кухню. — Осмотрим закрома родины.

Катя сменила наблюдателя во дворе. По шоссе все шли немцы. Заглох огромный полугусеничный грузовик, и было слышно, как ругается водитель. С запада, со стороны Херсонеса, доносилась канонада.

Из дома вышел лейтенант. Пригибаясь, проскочил под горбатой старой яблоней, присел у невысокого забора рядом с девушкой. Поставил карабин между колен.

— Могу сменить вас, Катя. Вам тоже отдохнуть требуется.

Девушка качнула светловолосой головой.

— Я ночью отдохну.