— Ясно.…
Со звоном в голове, сижу на ступеньке. Жду смс.
Горло словно сдавило огромной рукой.
А потом я очень уверенно и спокойно говорю с Яриком, не понимая ни слова из своей спокойной речи. Отдаю ему девочек. Прошу забрать Мирона. Сажаю их в такси. Звоню Никите. Прошу забрать ключи у Аделины и машину. Отвечаю на какие-то вопросы. Еду в клинику. Меня не пускают к нему. Со мной говорит врач. И они ещё сами не знают насколько серьезные травмы. Документы, подписи, скамеечка у палаты интенсивной терапии, не тронутая бутылочка с водой, которую кто-то заботливо впихнул мне в руки.
.."
"А я даже не поняла, что конкретно с ним. Мой мозг не воспринимает. И то, и это, и третье...
Ожог слизистых и дыхательных путей, — пытаюсь сконцентрироваться я. В реанимации мы поэтому. Но помимо этого, ещё травмы есть.
Сердце моё бьётся так быстро, что кажется ещё немного и разорвется. Периодически приезжает или звонит кто-то из его коллег. Я не вижу лиц. Не соображаю, что отвечаю им.
— Саянова?
Вообще-то нет, не Саянова.
Но — да.
— Я, — поднимаю глаза на врача, поднимаясь и сама.
Голова идёт, кругом, в глазах темнеет.
— Ну-ну... - подхватывает меня под руку, усаживая. — Повода нет. Ожог угрозу жизни не несёт. Отравление газом умеренное. Полежим на капельницах и кислороде ещё сутки. Понаблюдаем. Потом переведем в терапию. Ну и в отпуск после больничного. На какой-нибудь хороший морской курорт.
— Да?.. Спасибо.... - шепчу. — А можно я... - перевожу взгляд на его палату.
— Пять минут. Как выйдет медсестра.
Не положено у нас, вообще-то. Да и говорить он пока не может. Связки тоже повреждены. И под снотворным, к тому же.
С мягкими коленями захожу в палату.
Он по пояс закрыт простыней. На шее повязка, на глазах — тоже. Под носом прозрачные трубочки с кислородом. Полопавшиеся губы намазаны чем-то блестящим.
Он кажется таким уязвимым сейчас, что внутри меня щемит.
Горло перехватывает, не могу и слова сказать.
Пододвигаю стул. Сажусь, беру его за руку, втыкаюсь губами в плечо. Слезы текут...
— Вер.
... - хрипит он еле слышно, сжимая мои пальцы.
— М?
— Алина пере-еха-ла вниз?
— Что?!
О чем он вообще?!
Навзрыд начинаю реветь ему в плечо.
— Ё...моё.... - хрипит. — Натво-ри-те... там... без... меня... дел.
— Молчи! — шиплю на него. — Нельзя говорить тебе.
— А о-рать? Очень хочет...ся.… о-рать.
— Больно?! — ахаю я.
— Нет... На тебя о-рать.
— Почему?..
— За-раза ты... С мужи...ками своими....
— Боже.
Подскакиваю на ноги.
Бредит?!
Бегу за врачами.
