И многие из них начали давить на меня, пытаясь оправдать и защитить Анатолия. Ведь он хороший для всех и везде — только не дома для близких! Там он токсичный тихий тиран.
Молча, не оправдываясь, я всё схавала.
С окружением отношения разорваны. И чёрт со всеми!
Посмеет ли топить меня при Добрыне, на его территории? Мне даже интересно.
Вспоминаю ту красивую девушку, что ругалась с Саяновым на крыльце ЗАГСа. Как неприятненько....
И вот бежевые ботильоны на высоком каблучке, то самое платье и салон — это мой внутренний ответ на её шпильки.
И пусть она не увидит, что я тоже могу выглядеть вполне достойно. Но мне надо это доказать самой себе.
Иначе, мои прикиды станут ещё безразмернее и серее, капюшоны глубже, а косметичка окончательно переедет во владения Алинки.
За время брака моя самооценка ушла в глубокий минус.
А тут хоть повод есть выглядеть на все сто.
Ну пусть не сто..... Но хотя бы семьдесят, да?"
"Опасливо заглядываю в переписки. Сообщение от Добрыни с вариантами колец.
Добрый: ""Такие или такие?""
Выбираю белую классическую керамику с вставкой из серебра.
Там какая-то гравировка. Я улавливаю на фото только пресловутое ""Лав"".
Вера: ""Жду чек"".
Добрыня: ""Ну нет.... Я куплю. У тебя и так трат полно.""
И я даже не знаю, что сказать. Неловко... Но они недорогие, ладно.
Вера: ""Спасибо"".
Высадив девчонок, бегу в салон.
Это очень дорогой салон. И я записалась сюда по двойному тарифу за срочность.
Никогда в жизни не была в салоне. Даже на свадьбу с Анатолием мне делала макияж и прическу его мама, которая ещё в бородатые времена работала в парикмахерской и делала букли невестам.
Вышло так себе, она превратила меня в тетку. Но сказать тогда, что не нравится, естественно было нельзя. И я промолчала...
Сейчас бы не промолчала!
Сверникровь у меня адская...
Мой стилист — коротко стриженная девушка с наколками и кучей серёжек в ухе.
И я что-то уже сомневаюсь, что выйдет что-то годное...
— Что делаем?
— У меня через три часа свадьба.
..
— Оуу.
Как бы им объяснить?
— Свадебного платья у меня нет. Но есть бывшая моего жениха, которая будет меня оценивать. Она моложе, красивее и стройнее.
— Ни слова больше!
Глаза стилиста загораются темным пламенем.
Она и ее помощница берутся за дело.
А я не знаю, какую хтонь призывать, чтобы она угомонила Анатолия. Мой телефон нагрелся от его попыток прорваться.
У него шок, наверное!
Моя тревога тоже шкалит, так как подсознательно я боюсь его злить.
