Мы в разных весовых... Он такой весь самодостаточный и охренительный. Весь такой востребованный женщинами. И я.... такая вот. Никакая.
И с его юной красоткой Аделиной я конкурировать не могу. Я в конце концов двух детей родила. И мне давно не двадцать.
Становится тошно.
Вот зачем он?..
Зачем ему это?
Не мальчишка же он самоутверждаться так. Не похоже на него!
Просто порыв?..
Тук.... - в дверь.
Толкает дверь, не дождавшись разрешения. Стоит весь такой широкоплечий и брутальный. Смотрит на меня сверху вниз.
Поспешно, поднимаюсь, скользя спиной по стене.
— Пойдем? — тянет мне свою огромную ладонь.
И я опять вспоминаю, что никаких суперсил во мне, когда он ведёт меня за руку обратно.
— Куда?.. — запоздало уточняю я.
— Пить чай, шпилить вместе во что-нибудь, разнимать детей, жить нашей маленькой кайфовой жизнью. Я, Вер....
Разворачивает меня к себе.
-.... Я мальчик взрослый. Отказ воспринимаю адекватно. А вот близость нашу и то, что у нас получилось с тобой замутить для детей, я терять не готов.
Давай, просто забыли и живём дальше.
Вжимаюсь благодарно и покаянно лбом в его крепкое плечо.
— Извини.... Я растерялась.
Это.... было очень неожиданно.
Гладит пальцами меня по спине.
И мне так этого хочется... Его объятий и ласк, как жалкой голодной и замёрзшей кошке хочется в теплый дом и миску молока.
Продолжая гладить, открывает верхний ящик в кухонном гарнитуре. А я не могу от него отлипнуть. Просто физически не могу!
Достает коробку конфет.
— Так, это антистресс, ""Пьяная вишня"".
Давай-ка с чаем. А то Алинка тебя совсем изведет своими диетами.
Вручает мне.
Шоколада хочется до обморока!
— Спасибо.... - прижимаю к себе коробку. — Мне очень надо.
Отпускает меня к дивану.
— Чего бы тебе ещё сладкого скормить? — шарит по шкафчикам.
— Ммм.... - жую конфету. — Мне хватит!
— Вер, а можно вопрос? Клянусь, последний.
Неопределенно мычу, делая глоток чая.
Членораздельная речь в выяснении отношений — не мой конек!
— А чего тебя так обломало? Я или.
.. наличие Карлсона твоего?
Ну неприлично прям так в лоб, Саянов! Придется же отвечать. И вообще-то он достоин того, чтобы отвечать правду.
Ты же взрослая девочка, Вер. Вывези хоть один разговор, а? Я в тебя верю!
— Нет.... Скорее — я.... и наличие твоей Аделины, — признаюсь ему честно, с горящим лицом.
Трогаю себя за лоб. От таких волнений и затемпературить могу. Термоневроз — это штука, которую я приобрела с Анатолием.
— А-а-а-а.... чёрт. Проеб, да...
