Насчет папы я пока сама ничего не понимаю, так что просто жду новый день. Иван больше не писал, я тоже не даю ему никаких ответов. Мама молчит.
Интересно, хоть когда-нибудь ее настрой поменяется? Я всегда была любимой и беспроблемной дочкой, мы не ссорились. Теперь так тяжело принимать, что защита и опора, в которой я была уверена, рухнула.
Впрочем, у меня остались мои мужчины — Мирон, Матвейка и папа, конечно. К обеду он на такси приезжает к нам за город.
— Отличный особняк, — кивает он на дом, когда я встречаю его на территории, — видно просторный, но и не дворец.
А то бы шагнуть было страшно.
Красильников и пафосный замок — вещи несовместимые. Но я пока не знаю, какое слово сказать. Стою как будто не на дорожке, а на минном поле.
— Пойдем внутрь, пап. После обеда можно пройтись по поселку.
Надеюсь, мы будем в состоянии.
— Да, интересно будет погулять.
Папа в отличном расположении духа. А я все больше удивляюсь.
— Как ты доехал? Как чувствуешь себя?
Отец отвечает, что все нормально.
Входим внутрь, он моет руки, и я веду его к Матюшке. Любимый внук занимает внимание папы на добрых полчаса. Я не вмешиваюсь, размышляю — как завести разговор. Однако беседа начинается внезапно.
Папа с маленьким на руках подходит к окну. На лице довольная улыбка.
— Хорошее место для дома выбрал Мирон, — буднично рассуждает он, — соседние постройки не так близко. Хотя, наверное, все зависело от цены. У него и у соседей приличные участки.
Из меня вырывается нечленораздельный звук.
— Ты в курсе, что это особняк Мирона?
Папа поворачивается, смотрит со снисходительной улыбкой.
— А ты думала, я ехал, сам не зная куда? Жаль. Мирона нет дома. Но я получал от него приглашение, так что заявился не как беспардонный тесть.
Я прижимаю ладошки к щекам. Папа знает, что мы вместе! Но постойте-ка…
— Мирон тебе рассказал?
Отец сразу машет головой.
— Нет. Я узнал из телефонной болтовни твоей матери. У нее же привычка кричать в трубку. С Мироном мы общались позже. Я попросил его пока тебе не говорить.
Ну молодцы, ничего не скажешь!
— Ты не расстроился?.. — бормочу.
Папа покачивает внука.
— Дочь, ну это твоя жизнь. Ваня оказался человеком на букву г… Но прошлого не вернешь и выходить за него тебе не запретишь. Слава богу, Мирон не оставил вас без присмотра.
Широко улыбаюсь.
— Пап, не представляешь, как я счастлива!
Глава 20
Любимый дедуля проводит с нами весь день — мы обедаем, гуляем, разговариваем. Немного касаемся прошлого.
