Год за годом оно только крепло. Но сейчас не об этом.
— Мм… Да, конечно. Объясни ему все, Мирон.
Лада легко уступает мне право важного разговора. Пока увожу Матвея на задний двор, слышу, как она возмущенно обсуждает происшествие с матерью. Хм, хорошо хоть маленькие сестры Матвея ушли за полевыми цветами с дедушкой.
— Пап, ну так что?! — сын подпрыгивает от нетерпения.
Мы выходим на узкую улочку, где проедет максимум один автомобиль. По обе стороны тянутся заборы — глухие и нет. Стоят разнокалиберные домики.
Дорога асфальтирована, но по бокам полно травы. Смотрю на эту умиротворяющую картинку и стараюсь говорить так же спокойно.
— Ты появился на свет не совсем обычно, потребовалась помощь врачей.
Матвейка деловито хмурится.
— ЭКО? Милка мне про него рассказывала.
Мила — дама сердца сына из группы подготовки к школе. Да уж, темы для разговоров современных детей самые разнообразные.
— Не совсем так, Матюш, — отвечаю спустя несколько секунд, — но смысл очень похожий. У твоей мамы тогда и правда был другой муж.
Врать точно не нужно. Сын действительно развит и соображает. Да и дети в этом возрасте уже в курсе насчет браков, настоящих и нет отцов. Многие товарищи Матвея по садику пережили разводы родителей. Сын знает, что так бывает в жизни.
— Другой муж и есть мой папа?!
— Нет.
На этот вопрос я реагирую быстро. Здесь у Матвея не должно быть сомнений, тем более говорю я чистую правду.
Ребенок шлет мне в ответ доверчивый взгляд, похожий на мамин. Однако в его глазенках полно вопросов.
— Я не мог допустить, чтобы твоим папой стал кто-то другой.
— А мамин муж?!
Усмехаюсь.
— Сначала он был не против, потом против. Но это неважно. Я сильно влюбился в твою маму и очень хотел стать твоим отцом.
— Мама развелась с Иваном? — Матюшка и правда нахватался таких терминов.
— Да, — киваю, — он не любил ее, она не любила его. Их женитьба была ошибкой.
— Ты украл нас? — озвучивает малыш сплетню, которую передала ему глупая женщина.
— Я просто забрал вас. Вы — мои родные.
А своих нужно защищать и всегда держать рядом.
Матвейка снова морщит лоб.
— Но почему, когда я защищал Дашку, меня наказали?! — недоумевает он.
Смеюсь.
— Сестра с приятелем обзывались друг на друга, а ты «жестоко» расстрелял его из водяного ружья. Он боится воды, да и младше тебя.
— Да он задиристый просто! — Матвейка, впрочем, тоже смеется.
Та ситуация давно в прошлом, никто не держит друг на друга зла. А в нашей теме надо бы подвести итог.
