Вынужденная помощница для тирана

Матвея обижали во дворе? — произнесен вопрос был очень страшным ледяным тоном.

— Я не знаю точно, как там и что было, говорю только со слов охранника. Вы лучше его расспросите, как относились к Матвею. Как я поняла, прямых конфликтов раньше не было.

Все, свой долг выполнила, наябедничала, дальше уже дело Тирана, как поступать. Владимир долго молчал.

— Есть еще, что мне рассказать?

— Ну… — я не знаю, имею ли я право лезть в чужую семью со своим уставом.

— Мне нужно знать все, Мария, — видимо, поняв мои сомнения, произнес шеф.

— Почему у вашего сына почти нет игрушек?

— Он в них не играет.

— Как это не играет, если играет. Мы сегодня с ним всю комнату заполонили игрушками. Очень даже хорошо играет. Вы там только, пожалуйста, железную дорогу с ним соберите, у меня не получилось, слишком много деталей. И как так я вообще не могу понять. Вы могли бы изначально ему накупить игрушек, чтобы он уже рос с ними, а не спрашивать его, хочет ли он их, когда уже подрос.

— Дело в том, что он со мной и не рос.

С боем забрать Матвея у его деда получилось относительно недавно. И то, мальчик был настроен той семьей решительно против меня, первое время вообще никак на контакт не шел, но постепенно все же стал оттаивать.

— Ну, а вы не пробовали по факту ему игрушки приносить и оставлять в комнате?

— В мусор все относил, — фыркнул начальник. — Мой характер. Если что решил, надо идти до конца. Только что щенка выбросить не смог. А вы на Матвея положительно влияете. Ладно, хорошо. Я тогда завтра приеду и поговорим подробнее.

— А во сколько вы завтра приедете?

— Думаю, только к вечеру. И Мария.

Тривэ отключил вызов.

Засыпая, много думала о том, что узнала. Вот ведь как бывает. Но ведь Владимир вроде бы богат. Вот какая квартира, охрана. Неужели дед Матвея еще могущественнее, раз мог удерживать ребенка у себя долгое время? Непонятно. Но, может, завтра босс прояснит какие-то моменты.

Утром проснулась от того, что кто-то касается моей щеки, гладит. Может, опять Матвей караулил, пока проснусь, и не выдержал, решил будить? Распахнула глаза и замерла.

На меня «ласково» смотрит Василиск. Вообще еще темно и… может, я сплю?

— Вы что здесь делаете? — интересуюсь я ночного глюка. Глюк, кстати, руку убрал и смотрит очень сурово.

— Я тут няней вообще-то подрабатываю. Сами потребовали. Но почему вы ко мне зашли? Вообще-то это некрасиво.

Шеф руку убрал. Все же это не сон. Уж явь от сна я могу отличить.

— Мария, — произнес начальник строго. — Это моя спальня.