Вынужденная помощница для тирана

Крыша и вид с нее захватили воображение — прямо в центре нечто вроде зимнего сада под стеклянным куполом, внутри которого настоящие джунгли и буйство красок. Пол выложен красивой плиткой, по периметру кадки с вечнозелеными карликовыми соснами, отчего даже в это время года крыша не кажется унылой и серой. Я словно вышла погулять в парк. А вид! Боже, какой вид! Я замерла, прислонившись в защитному стеклянному ограждению, и вообще забыла на время обо всем. Красотища. С этой стороны как раз видны высотные офисные стеклянные здания, в одном из которых я работаю.

Здания весело поблескивают на свету. У моих ног вечно неспящий город огней и надежд. Меня этот он уже пленил. Сейчас мне кажется, что нет ничего невозможного, особенно здесь. Ни капли не жалею о том, что переехала. Сейчас понимаю, что прежний дом для меня стал болотом. Я там не то что не развивалась — тонула.

Почувствовала, как меня взяли за руку. С удивлением поворачиваю голову и вижу Матвея. Это мальчик вложил доверчиво свою маленькую ладошку в мою руку, но смотрит ребенок не на меня, а на город.

И опять эта недетская серьезность на лице и во взгляде. Маленький взрослый человек, уже успевший за свою короткую жизнь потерять маму и чуть не лишиться папы. Присела на корточки и обняла Матвея, вновь стараясь передать мальчику всю тепло, что у меня есть. Так хочется отогреть малыша, но для этого у меня слишком мало времени, да и нет у меня на это права. У Матвея есть отец, и я уверена, постепенно Владимиру все же удастся пробиться к ребенку.

— Запуск игрушки, видимо, на потом откладываем? — раздался за спиной бархатный голос шефа.

Владимир присел возле Матвея. Я отпустила мальчика и лишь немного направила в нужную сторону. Ребенок неуверенно потянулся к папе, который тут же его обнял. Это мир, это прощение.

У меня самой опять глаза на мокром месте. Беру крутящегося возле ног Коуча за ошейник и собираюсь уйти, чтобы дать возможность папе и сыну побыть наедине. Владимир бросил на меня благодарный взгляд.

Ушла.

Заперлась вместе со щенком в своей спаленке. Ем найденную в сумке заначку в виде шоколадки, чешу Коучу живот. Это я так стресс заедаю. На душе тепло и в то же время грустно. Светло от того, что рада, что у отца и сына все налаживается. Грустно от того, что поняла — одна я быть все-таки не хочу. Всего одни выходные рядом с маленьким ребенком, и моя ледяная броня вдребезги. Буду бороться. Пройду все необходимые обследования, полечусь. Может, еще есть шанс.