Отдав вещи и еду Васе, забрав у него пустые контейнеры и белье-одежду для стирки, еле сдерживая бессильные слезы, сжав зубы, чтобы не поддаться безысходной тоске, Полина возвращалась на работу, а совсем уж поздно, ближе к ночи, приезжала домой, в квартиру Насти-Васи, ставшую на время местом их сбора и своеобразным военным штабом.
Хорошо, что Александр все еще находился в командировке, поскольку совершенно непонятно, как в эти тревожно-напряженные метания-мотания возможно было бы встроить еще и встречи-свидания с ним, обсуждения свадьбы.
В той напряженной, гнетущей обстановке, что накрыла их семью, это казалось настолько неуместным, что всякий раз Полине приходилось перестраивать, переформатировать свое сознание и настроение, чтобы вести с женихом по телефону легкую, беспечную беседу и посмеиваться его шуткам.
А потом грянуло двадцать четвертое февраля и началась специальная военная операция, дав старт новым разрушительным процессам в жизни Полины, словно того, что уже произошло с ними, было недостаточно.
Честно признаться, ни Полина, ни мама с Васей, ни даже Юрий Александрович в первые дни не вникали, да и особо не поняли, что в стране и за ее пределами произошло какое-то значимое, неординарное событие. Какая такая военная операция и какой уровень и масштаб имеет это событие как для самой страны и каждого россиянина, так и для мирового сообщества, они не думали.
Встроившись в определенную, напряженную бытовую колею, обусловленную непростой ситуацией, измотанные душевно, морально и физически, сосредоточенные на своей проблеме, они как-то пропустили мимо весь поток информационного шквала, заполонивший все медийное пространство, как предшествующий военной операции, так и тот, что последовал после ее начала.
Понятное дело, что рано или поздно они включились бы, осознали, что произошло в стране и, главное, за ее пределами, но тогда всем им реально было не до этого.
А судьбоносное значение происходящих в России и на Украине событий, навсегда и безвозвратно переформатирующих привычное мироустройство, Полине объяснил Ярослав Антонович Званный.
Данная уникальная личность требует особого, отдельного повествования. Хотя бы потому, что именно с него началась та самая «нелегальная» для Полины, но, наверное, все-таки основная для нее деятельность.
Впервые Полина увидела Ярослава Званного, когда тот появился в Галерее в качестве простого посетителя.
