"
"Таким образом он хотел выразить свою благодарность лично Полине за ее активное участие и серьезную помощь в его продвижении, становлении и раскрутке.
Но она-то точно знала, что больше всего на решение психоделического творца повлияло то, что он видел картины Званного, которые его по-настоящему потрясли. Может, от этого и в Америку сорвался, не факт, конечно, но было у нее такое подозрение.
И, кстати, не только его картины, а еще Вани Хромова, и Олега Карманова, и Валентины Тороповой, и… Словом, всех тех «неконцепщиков», отвергнутых «Центром», которых, можно сказать, нелегально, втайне от руководства взяла под свое крыло и опеку Полина, продвигая, где только могла и где не могла тоже, совершенно беззастенчиво пользуясь всеми своими связями, знакомствами и наработками, которыми обросла за время работы в Галерее и том самом элитном экскурсбюро.
Так, невероятно облегчив Полине решение хотя бы проблем бытового устройства ее «неформатов», у ее подопечных образовалось место дислокации и возможность перекантоваться несколько дней в столице, поскольку все они приезжали из разных уголков страны и по большей части были людьми малообеспеченными, вряд ли могли себе позволить оплатить проживание в нормальном гостиничном номере.
Вертясь-крутясь по центру Москвы и «ковыряясь» в пробках, расстроенная новостью об отъезде Званного, Полина невольно вспоминала разговоры и споры с Ярославом Антоновичем.
Ей очень четко запомнились его слова в тот первый день их знакомства. Попросив второго помощника директора подменить ее на выставке в Галерее, Полина приняла предложение Званного вместе отобедать, поговорить и заодно познакомиться поближе.
Про привычные и соответствующие ее нынешнему статусу элитные кафе-рестораны Полина даже не заикнулась, предоставив Званному возможность самому выбирать кафе или ресторан, которые тот предпочтет.
Он предпочел небольшое уютное кафе средней ценовой категории, на стенах которого, к своему большому удивлению, Поля заметила парочку картин, совершенно очевидно написанных рукой Ярослава Антоновича, манеру письма которого теперь она бы отличила от любого другого художника.
Оказалось, что Званный хорошо знаком с хозяином кафе, в котором, к слову сказать, была отличная кухня.
Но сейчас не об этом.
Интересная беседа завязалась у них сразу, как только они вышли из Галереи, продолжилась по дороге, и во время обеда, и после за столиком кафе, где они засиделись допоздна, увлеченные общением.
