Не люблю наглых женщин, и она не будет такой, не допущу чтобы женщина села мне на голову.
— Какие у вас отношения с твоим отцом? — она растерялась.
— Что? В каком смысле?
— В прямом… ты при мне ни разу его не назвала папой, только отец. А это не пристало девушкам. По моим ощущениям у вас, так себе отношения отца и дочери — после моих слов, она опустила глаза в пол, не проронив ни слова. Закивав головой, произнёс.
— Так и думал. Юля! — сказал резко я, и она так — же резко, подняла свои глаза на меня. — Ты станешь моей женой, как — бы я этого не желал.
Назад дороги нет! Не хочу, чтобы ты желала встречи с ним, потому что я не позволю тебе с ним встретиться, даже если он при смерти! Он мог поступить по другому, ведь ты ему — дочь! А если рассудить, получается, он больше позаботился о своей доле в холдинге, чем о тебе. Те претенденты, которые не прочь заполучить долю твоего отца, развалят его потянув и мою долю прицепом. Ведь без доли твоего отца это уже не холдинг. И твой отец знал, что я не смогу упустить такую возможность и соглашусь, потому что я вложил душу в холдинг и считаю его своим детищем.
Но… не дай Бог моей плоти и крови угрожала бы малейшая опасность, и встал бы выбор между холдингом и моим ребёнком, я бы не задумываясь выбрал ребёнка. По другому и быть не может. А теперь вытри свои слёзы, я это не люблю, выглядит как манипуляция, со мной этот номер не проходит. Она быстро — быстро вытирает свои мокрые щёки и смотрит потеряно на меня.
— Но почему — почему тогда он не продал Вам свою долю? Так же было бы проще для всех нас!"
"— Да потому, что он профукал время! Если подать в суд, то сделку можно по суду, считать недействительной, выставить твоего отца недееспособным, стоит только кому — то надавить на тебя, и всё.
А так, он обезопасил Холдинг и тебя… всё же думаю он тебя любит, но какой — то своей, дикой любовью… отца, о которой он вспомнил слишком поздно. Мой взгляд падает на её открытую шею и бьющуюся венку на ней. Она стянула платок, ещё при разговоре с отцом. Сделав шаг к ней и протянув руку, потрогал синяки на её нежной коже, оставленные мною.
Проводя по шее пальцами, вдруг неестественно для себя, тихо спросил.
— Болит?
— Нет… — она задержала дыхание, от чего венка на шее забилась быстрее. Не удержавшись, провёл большим пальцем по ней. Не отдавая отчёт своим действиям, я делаю то, что мне не пристало. Склонившись ближе к ней, понюхал, втягивая ноздрями её запах от ключицы до скулы проводя кончиком носа, слегка соприкасаясь с кожей.
