Выпускница академии

Например, провожая сына на войну, мать говорила, подавая ему оружие: «Со щитом или на щите». И всё. Иди, мол, сынок и боги тебе в помощь. А я приму тебя и раненого или не дай богини убитого (на щите), и с победой (со щитом). Неужели и здесь живут такие же молчуны? Придётся принимать меры, вздохнула я про себя: нельзя же оставить людей в неведении относительно нормального общения.

Я демонстративно уткнулась в тарелку, но время от времени незаметно бросала изучающие взгляды на соседей по столу. Оказалось, что мы сидели не просто так, а с каким-то неизвестным мне смыслом: трое мужчин с одной стороны стола, трое женщин – с другой.

Дамы выглядели молодо, но определённо были старше меня. Одна – платиновая блондинка: высокая, худенькая, с кукольным лицом нежной принцессы. Вторая – яркая брюнетка с чёрными, отливающими синевой волосами, серыми глазами и высокомерным выражением лица.

Двое незнакомых мне мужчин были тоже яркими и колоритными. Один – мрачный тип, темноволосый и черноглазый постоянно непроизвольно двигал ушами. И если бы не выражение его лица, я бы даже улыбнулась. Второй – голубоглазый блондин, таил в глубине своих глаз нахальную улыбку. Он постоянно поглядывал в мою сторону, но молчал.

Я подумала, что мы так и разойдёмся в молчании. Но ошиблась.

– Леди София, а кем вам приходится граф Седрик Ормунд? – раздался хрипловатый голос мрачного типа.

Я подняла на него взгляд и демонстративно выгнула бровь. Ну, где это видано – начинать разговор с дамой не представившись! Тип продолжал ждать от меня ответа. А я продолжала спокойно поглощать омлет. Хочет говорить – пусть представится. Тоже мне, аристократ, хмыкнула я про себя.

За столом сгустилась напряжённая тишина, прекратился лёгкий перестук приборов. Однако я, не обращая на это внимания, перешла к лёгким пирожным и суре.

– Ха-ха-ха! – рассыпался вдруг негромкий мужской смех.

Смеялся блондин искренне, широко открыв рот и показывая всем белоснежные зубы с приличными клыками. «Оборотень?» – озадачилась я про себя.

– Простите, леди. Я был небрежен. Разрешите представиться – лорд Рудольф Шоннон, глава департамента безопасности, – попытался исправить ситуацию мрачный.

«Ого! – встревожилась я, – какая важная птица». Но отступать было уже поздно. Надо выдержать сцену до конца.