Выпускница боевой академии. Неприятности в наследство

И если вам пришлют не парня, а девушку, вспомните эту ситуацию.

– Какая же ты… – начала мама Клинта, но сестра удержала ее за руку.

– Тетя Мей, – ласково пропел Лайон. – Не говорите то, о чем потом пожалеете. Во всем случившемся нет вины Трисс. Ни тогда, ни сейчас. Клинт просто заигрался.

– Я думал, ты мне друг, – раздраженно выдал Клинт. Сейчас он до боли походил на обиженного ребенка.

Лайон пожал плечами:

– У нас разные понимания о дружбе.

Комиссия уехала, а Клинт зло спросил:

– Как вы его спрятали?

– Кого – его? – удивленно дернул бровью Лайон.

– Куда вы спрятали артефакт?

– Не было никакого артефакта, брат, – хмыкнул Лайон и, постучав Клинта по плечу, пошел в сторону дома. Радостный Котичка, который прятался в кустах, потрусил за ним следом.

Меня немного потряхивало. Слишком много эмоций и волнений для одного дня. Я все еще не верила, что с помощью друзей смогла отвоевать свое поместье и право жить так, как хочу. Я шла и совсем по-другому смотрела на обретающий жизнь пансионат. На расцветающие кусты, на бзыкающих крысос.

Мне нравилось тут абсолютно все, и абсолютно все я считала своим. Я помнила, как выглядел сад совсем недавно, когда мы с Челси только приехали, и была довольна изменениями, которые произошли здесь.

Теперь я боялась, что когда-нибудь информация про артефакт всплывет, и его снова начнут искать. Только искать будут лучше. Но также я понимала: это случится не сейчас, а значит, я успею подготовиться. Мы придумаем, как спрятать сердце Валенсии так, чтобы никто не мешал ему биться.

Клинт был зол, обижен и поэтому (к моему великому облегчению) решил уехать. Я не хотела тратить силы еще на выставление бывшего с чемоданами и всем его самомнением на улицу. Прекрасно, что он сам принял единственно верное решение.

Правда, Клинт, похоже, рассчитывал, что мы попросим его остаться и извинимся. И был крайне растерян, когда его поддержала только собственная мать. И то, мне кажется, она предпочла бы остаться в Валенсии с сестрой и мужем, но родительский долг велел ей уехать с сыном.

– Прости меня, Трисс, – сказала она, спускаясь с чемоданом по лестнице. – Желая своему сыну такую жену, а себе такую невестку, я как-то не подумала о тебе. И о том, нужен ли тебе такой муж, как Клинт. Понимаешь, мы идеализируем своих детей, и для меня он всегда будет лучшим.

– Понимаю. – Я кивнула. – И надеюсь снова увидеть вас здесь.