Выпускница боевой академии. Неприятности в наследство

За следующей дверью нас встретили полки и ровные ряды стеклянных баночек с разноцветными помидорчиками разных размеров и маленькими пупырчатыми огурцами с кружочками морковки и фигурными листьями, положенными в маринад для аромата. Нашлись и грибочки, в том числе и местный вид, который уныло таращился на нас из-за стекла. Потом шел ряд чего-то отдаленно похожего на маринованных лягушек с небольшими узорными патиссончиками, пауки с помидорами и еще какая-то несъедобная на первый взгляд гадость, которая вызвала у Лайона небывалый гастрономический интерес.

– Боюсь, две банки под мышками и бутылка вина будут тебе немного мешать убегать от твари, – сказала я, остужая его пыл, хотя внутренне облизнулась. Правда, не на пауков за стеклом, а на консервированные половинки абрикосов. Но брать не стала по той же причине. Мы пришли сюда ловить нечисть, а не жрать. Возможно, возьму баночку перед выходом, в качестве платы за причиненные неудобства.

– А мы собираемся убегать от твари? – удивился Лайон.

Я пожала плечами.

Кто вас, мажоров, знает, как вы ведете себя в минуту опасности? Думаю, не очень достойно. Но говорить вслух ничего не стала. Мама меня учила: ни в коем случае нельзя унижать мужское достоинство. Мужики – существа с тонкой душевной организацией, и к женским подколкам и сомнениям относятся болезненно. А уж мажоры и подавно, им же с детства в попу дуют и золотую ложечку вставляют. Лайону – так точно!

Наконец мы (оба с сожалением) закрыли вторую дверь и направились к третьей, которую выдавал аромат.

Именно там хозяева хранили все самое ценное и вкусное. У меня даже в животе заурчало от плывущего по коридору запаха.

Отсветы от фонаря плясали на стенах, а остальной коридор был погружен в темноту. Лайон зажег дополнительное освещение, которое потушил, когда вышел из винного погреба, и стало чуть светлее. Правда, ненадолго, потому что в пятно света возле двери в кладовку с окороками вползла жуткого вида тень. Кажется, тварь мы нашли.

Я напряглась и выставила перед собой руку, в которой пульсировала магия, но лупить не стала.

Смысл тратить силы на тень? Постаралась встать так, чтобы закрыть спиной более беззащитного Лайона, и налетела на него локтем. Оказывается, парень сделал то же, что и я.

Почему-то это разозлило! Он что, посчитал, будто сможет меня защитить?

Кончики его пальцев искрили, цвет магии был мертвенно-голубой, непривычный. Такого я не видела ни у кого. Это не магия воды, как у меня – она ощущается иначе, и не воздух – он светлее.