Выпускница боевой академии. Неприятности в наследство

 – Ты сможешь меня остановить, а я тебя – нет…

Лайон кивнул, а я прикрыла глаза и сказала:

– Но если когда-нибудь в жизни ты мне припомнишь этот случай…

– Трисс… – тихо произнес он. – Никто никогда не узнает. Во-первых, я понимаю, что это не ты, а магия моренуса, во-вторых, мне действительно не хочется расстраивать Клинта. А в-третьих, это просто не в моих правилах.

– Тебе очень странно не хочется расстраивать Клинта. – Я не удержалась и съязвила.

– Его не может расстроить то, о чем он не узнает. И потом… это ведь не по-настоящему.

Да, это будет не по-настоящему. Но от воспоминаний о предыдущем «ненастоящем» поцелуе у меня до сих пор подгибаются колени.

Лайон вставил беруши, и мы двинулись дальше. Щеки полыхали заранее, а рука дрожала, когда он сжал мои холодные и влажные пальцы своими.

– Не дергайся, Трисс, – сказал он и улыбнулся: – Тебе же понравилось со мной целоваться. А тут такой повод сделать это без угрызений совести. Относись ко всему проще.

Мне хотелось его послать, но посылать человека в берушах – странное удовольствие, поэтому я просто показала ему кулак.

Парень усмехнулся в ответ и покачал головой.

Конечно, для Лайона все просто. Одним поцелуем больше, одним меньше. Подумаешь! Даже перед Клинтом стыдно не будет. Потому что под действием заклинания и для дела! А я так не могу! Точнее, могу, но на душе неспокойно. Я волнуюсь и хочу провалиться под землю. Ну не привыкла я целоваться с парнями просто так! А если эти парни красивы, богаты и меня бесят, тем более.

Берег был удивительно спокоен и тих.

Мягкий песок, который казался в лунном свете серебряным. Пенящаяся волна, с мелодичным шелестом убегающая обратно в море. Я даже не сразу поняла, что сегодня песня моренуса вплетается в шелест волн.

Сначала меня повело и в голову начали лезть разные романтические бредни, и только потом я начала разбирать слова и звуки, которые заставляли терять контроль. Не сразу, а постепенно, незаметно для себя. Я бы ни за что не заметила воздействия потусторонней сущности, если бы не знала, на что обращать внимание.

Упустив нас в прошлый раз, сегодня моренус действовал осторожнее. Вовлекал в свои сети шелестом волн, пением ветра и едва различимой чарующей мелодией.

Мы подошли к самой воде и остановились у кромки волн, барашками набегающих на берег. Они слизывали песок и выкидывали взамен серебряных песчинок ракушки и мелкие морские звезды.

Лайон отпустил мою руку и присел на песок, уставившись на черную воду и на серебряное отражение луны в ней.