Выпускница боевой академии. Неприятности в наследство

К щекам тут же хлынула кровь. Красивый, опасный, не мой! Нужно держаться от него на расстоянии.

– В смысле? – отозвалась я, с трудом соображая, о чем он меня спрашивает.

– Ну, не знаю… – Лайон закусил губу и снова опалил взглядом из-под опущенных ресниц. – Тебе не кажется, что мы как-то очень удачно остались одни… снова?

– Ты бредишь, – сказала я. Отплыла в сторону, но уткнулась спиной в бортик бассейна. Бежать дальше оказалось некуда.

– Может быть… – Он не стал спорить. Замер передо мной и поставил руки по обе стороны от моих плеч.

– Может быть, для Клинта? – задыхаясь от нахлынувших эмоций, возразила я.

– Может, – согласился он. – И это очень злит. Потому что если это демонстрация для Клинта, ты играешь нами обоими.

– Я никем не играю, и ты это знаешь. С Клинтом я рассталась еще в начале лета, и ты при этом знаменательном событии присутствовал.

– Не знаю. – Он качнулся ближе, почти впечатываясь в меня своим торсом. Теперь я оказалась в его объятиях. – Не знаю, Трисс… Думаю, это месть. Мне или Клинту. Нам обоим.

– Я не хочу никому мстить.

– Тогда почему ты меня провоцируешь? Я ведь никогда тебе не нравился, Трисс. Такое не сыграешь, я видел, как ты на меня смотришь. С легким раздражением. Такая красивая, самодостаточная, гордая…

– Не нравился, – согласилась я.

– И я не знаю… – Он сглотнул. – И мне это не нравится. Я не хочу стоять на пути у Клинта. Он мой брат, и мне не нравится, что я пытаюсь соблазнить его девушку.

– А ты пытаешься меня соблазнить? – удивилась я, впервые с начала нашего разговора вскинув глаза и разглядывая замершего передо мной парня. Дикую жажду в глазах… капельки воды, стекающие по лицу с черной челки… чувственные губы и упрямый подбородок.

Ответить Лайон не успел, так как в одном из коридоров раздался истошный вопль. Как выскочила из бассейна, я не помню. Просто взвилась вверх и кинулась в сторону крика.

– Так и знал, что этот засранец нас подставит! – прошипел у меня за спиной Лайон.

Котичка выскочил из раздевалки, где скрывался от излишней влажности и жары, и помчался спасать «кожаных» вместе с нами.