Выпускной. В плену боли (СИ)

Я грязный, отвратительный, но и они не лучше… Они выполнили свою угрозу и теперь лишь ленивый не знал содержание видео «Наказание школьного извращенца»

Мать не выдержала позора и убила себя, перерезав вены…. Я смотрел как из нее утекала жизнь, мне нравилось смотреть. Мне нравилось представлять на ее месте другую, которая меня предала. Сука, что не выполнила обещание.

Никто из них не выполнял. Все они боялись, все они боролись за свою жизнь до последнего. Кроме нее… Ася… Моя девочка. Она выбрала меня… Она выбрала любовь… А Демьян.

Я бы никогда так не смог… Столько раз пытался вырваться из этой убогой жизни, нажать лезвием на артерию, но никогда не мог… Трус, да… А Демьян оказался не трусом…Он смог… Смог сделать то, что я пытался столько раз…

Я спускаюсь в подвал и смотрю на то, как они истекают кровью… Красивые, влюбленные, единственные, кто смог удивить. Я был уверен, что знаю о человеческой натуре все… Но даже я ошибся…

Я набираю номер скорой, называю адрес и ухожу… Ухожу домой, ждать новостей о том, что двое подростков нашли в подвале… Мертвых или живых.

Вот в чем интрига…

Дома включаю телевизор и жую последний кусок хлеба с колбасой… Дыхание замирает, когда новости вещают о двух подростках, которых наконец нашли. Живых. Они сейчас в больнице…

Живых ли после всего? … Смогут ли они, когда – нибудь назвать себя живыми… Мне кажется, гуманнее было бы их убить, как остальных….

Глава 42. Ася Чебрец

На волнах несет. Все дальше и дальше. Легко. Тихо. Полный релакс. Не хочется ни глаза открывать, ни думать.

Ведь если начну, то станет понятно, что нет меня больше… Нас больше нет.

— Ася, дочка? Ты слышишь меня? — голос отца церковным колоколом по ушным перепонкам звучит. – Не знаю, слышишь ли, но прости меня… Прости дурака старого. За мои грехи расплачиваешься…. За мои грехи… Очнись, дочка… Живи. Не ради нас, а ради себя. Хочешь, поступай, хочешь уезжай в город… Только не смей сдаваться… Ты сильная, я знаю. Никого я не знал сильнее тебя. Я боялся тебя, ломал, но ты как закаленная сталь, несгибаемая.

Очнись, дочка…

— Ася, дочка, маленькая моя, — голос матери, такой хриплый, словно она кричала. – Как же так? За что Бог так с нами… Ну ничего, мы все вынесем, все переживем. Никому в обиду тебя не дадим, никому слова плохого про тебя не дадим сказать… Тут рядом Ириша и Игорь. Мы все очень ждем тебя… Мы все очень хотим, чтобы ты жила… Просто живи. Ради себя…

Слезы выступают, а что – то нежное их стирает. Платок? Мамин.