Выпускной. В плену боли (СИ)

Могла бы и другого парня найти, а не зацикливаться на мне. Но этот месяц только секс с ней ещё держал меня на плаву. Вместо наркотиков, запоя, просто грубый секс, когда можно не думать о том, что чувствует там под тобой партнерша.

— Демьян, ты решил? – шепчет она, когда мы подъезжаем к школе. Учителя очень хотели устроить выпускной именно тут. Традиции нарушать нельзя.

— Давай не будем о серьёзном прямо сейчас, ладно? – целую её руку и выхожу из машины. Машу парням, что тоже уже тут. Открываю дверь Милене, что на каблуках почти с меня ростом.

Под руку мы идём в школу, сразу поворачиваем в актовый зал, красиво украшенный к празднику. На сцене колонки, микрофон, много подвесных гирлянд. На столах стоят напитки и закуски. Ну, что сказать – постарались.

— Давай поговорим сейчас, пока праздник не начался, — донимает Милена, перемещая мою руку себе на талию, я смотрю в её карие глаза. – Демьян, пожалуйста. Неужели я этот месяц была недостаточно послушной?

— Ты умница, Милен, — говорю, а самого отвернуться тянет, туда, куда голова Рязанцева смотрит.

Он разве что рот не открыл, когда в зале кроме всех прочих появилась она. Кровь в венах закипает моментально.

Я словно спал, а сейчас меня хорошенько так встряхнули. Вкололи в грудь адреналин. Краски вокруг меркнут, кроме одного яркого светлого пятна, девушки, чьё платье буквально кричит: «Я целка, трахни меня!»

Оно, пиздец, какое невинное, белое, из атласа, но в нём каждый изгиб читается, как открытая книга. Волосы сверху, открывают тонкую шею, красные пятна смущения, что смотрятся как следы от ударов руки.

Рядом с ней Гриша смотрится совсем несуразно в своём синем костюме. Он ей тупо не идёт.

И мой твёрдый член между молочно-белых бёдер.

— Демьян, на меня посмотри, - голос Милены как стекло. Я почти не слышу его за шумом пульса в висках.

— Потом, Милен. Сейчас вальс танцевать будем.

— И репетировал я последний раз не с тобой.

Глава 15. Ася Чебрец

Гриша действительно был с дядей. Я редко его видела, хотя знаю, что отец с ним дружен с самого детства.

Много историй рассказывал, пока ещё бабушка была жива. Это было хорошее время. Может быть, потому что он её боялся, делал вид, что нормальный. А потом её не стало, и его понесло.

— Хорошее платье, — говорит Нестор Павлович, когда мы садимся, наконец, в машину на заднее сидение. Я вижу, что Гриша хочет взять меня за руку или положить её на колено, но не решается, только часто дышит и ещё чаще шепчет.

— Ты будешь самой красивой невестой.

— Спасибо.