Выпускной. В плену боли (СИ)

С синяками на лице, с пятнами засосов на шее.

— Долго я был в отключке? — отворачиваюсь, шумно дышу. Я снова хочу туда. К той Асе, которая не видела меня слабым, беспомощным, насильником. К той Асе, которая любит меня… К той Асе…

— Не знаю. Я сама только очнулась.

— Бабушку видела. Знаешь, она пока жива была, держала отца в узде. Она не была с ним доброй, скорее наоборот, но меня она любила больше всех на свете. Берегла. С ложки кормила. Молитвы со мной учила. Хочешь прочитаем одну…

— А я прочитаю… Может бабушка услышит и поможет.

Может бабушка придет… — Она собирает руки в молитвенном жесте и начинает читать молитву, пока я стряхиваю голову, пытаясь развеять остатки дурмана, а может наоборот впитать его в снова, вернуться в свою спальню, к той, что люблю…

Я оборачиваюсь кругом, рассматривая коробки, забитые всячиной, даже коробку с эротическими игрушками, которую мы не использовали и на половину. Кажется, тут не осталось ни угла, где бы мы не трахались, кажется у нас не осталось того, чего бы мы не делали.

Противно даже при мысли, что это могут увидеть, что на это продолжает кто – то дрочить.

— Да что?! — срываюсь, чувствую, как закипаю от бессилия. Мы долбанные марионетки, никому не нужные, почти мертвые… Хочу туда, где жив… Начинаю рыскать по комнате, искать список. Должно быть. Должно…

— Что ты ищешь? Зачем ты его взял! Отдай! Мы все сделали!

— Сделали, да. Значит где – то должно быть…

Роюсь в коробках всякой ненужной всячины, пока не нахожу нужный сверток.

Шумно выдыхаю…

— Зачем? — интересуется Ася, пока я сворачиваю сигареты и прикуриваю от плиты… Сначала один, потом второй…

— Чтобы оказаться там, где хорошо. Попробуй.

— Я не хочу, Демьян, это неправильно…

— Да ебаный в рот! Ты мою сперму глотала! Задницу мне вылизывала! Давно ты ли стала задумываться о морали!?

Ася тут же подходит, забирает косяк…

— Давай! Где угодно готова оказаться, лишь бы не с тобой рядом.

— Та же фигня, — втягиваю дым, поражая легкие и мозг, который моментально отвечает яркой вспышкой.

Ася закашливается, а я падаю в кресло, погружаясь в мир собственных иллюзий, туда, где нет этого сраного подвала, туда, где я на коне, туда, где я не жертва, а хищник…

Открываю глаза и щурюсь от яркого света, оказываясь в лесу… Напротив Ася в цветастом платье, красивая такая, что в груди щемит…

— Догонишь, поцелую…

— Если догоню, покажешь груди…

— Если, — отворачивается она и со смехом уносится прочь… Все дальше и дальше.