Выскочка-2

Ведь прибыль от «Valery-Hotel» позволила начать строительство второй гостиницы. «Преображение» – жалкий кукольный домик по сравнению с тем, что можно получить там. – Он остановился у окна и замолчал. Внутри него все еще тлело желание продолжать идти вперед по проторенной тропе на другом конце побережья.

– Перевезти нас туда?! Как ты себе это представляешь после своей интрижки? – ее голос дрогнул. – В Сочи такая же деревня, как и здесь. Все друг друга знают. Я не желаю, чтобы на меня показывали пальцем и шептались за спиной! Мне проще жить с мыслью о проклятом Антоне Владимировиче, и его планах на кресло мэра, чем видеть в глазах насмешки над женой, которой изменили! В этом городе хозяйка я.

А там заправляет всем твоя Саша. Достаточно экспериментов во имя прибыли! Наш дом здесь. Я и дети – мы никуда с тобой не поедем. Это мое последнее слово.

Она шумно встала из-за стола и с грохотом бросила грязную посуду в посудомоечную машину.

Андрей стоял к ней спиной и продолжал смотреть в окно. Мысль об отказе от строительства второй гостиницы казалась ему невыносимой.

Но в словах Леры было зерно истины. Ее дом здесь.

– Я не знаю, что теперь делать, Лера, – с отчаянием в голосе произнес он. – Честное слово, не знаю! Если Антон Владимирович победит на выборах в марте, нам будет нечего ловить в этом городе.

– То есть, ты готов сдаться без боя? Отдать свой родной город в лапы этого невыносимого коротышки с комплексом Наполеона и трусливо бежать под Сочи?! Я была о тебе лучшего мнения, Андрей… уж прости.

 – Она с презрением фыркнула и пошла к лестнице. – Если понадоблюсь, я сплю в детской!

Он вздрогнул от ее слов, но так и остался стоять у окна. Между ними пролегла незримая пропасть. Лера была готова остаться в городе и противостоять Антону Владимировичу, а у Андрея не было даже минимальных подвязок на этой стороне. Только больной отец, небольшая гостиница «Преображение», жена и двое маленьких детей.

Он проснулся на следующее утро, осмотрелся по сторонам и прислушался. Квартира погрузилась в тишину.

Андрей хмуро выглянул в окно и поморщился от яркого солнца, пробивающегося через тонкие занавески. Не понимая, где все, он спустился на первый этаж. На барной стойке одиноко белела записка. Лера уехала рано и взяла с собой детей. Она всегда брала с собой Сару и Дениса по вторникам, у детей занятия в творческой мастерской. Если же его не устраивает, что дети ходят в художественную школу, он может оплатить им няню. Андрей нахмурился. Снова ультиматум.