Высоко над страхом

Кстати, можно спросить у Николая Петровича, кто ему звонил и вызвал в порт на место пожара, и распечатку взять с мобильного. Выяснится, что никто ему в ночь пожара не звонил. Сам он там оказался.

Иван вдруг до мельчайших подробностей вспомнил свой телефонный разговор с Яковлевым. Тот самый, в котором он пытался выяснить местонахождение Столыпина. «У тебя все время неприятности, — сказал тогда Павел. — Бросал бы ты этот порт к чертят собачьим, ехал бы домой. У нас тут хорошо. Тепло, светло, никакого пожара». А на вопрос, откуда он знает про пожар, испугался.

Иван помнил, насколько растерянным стал голос его заместителя. Он тогда отбрехался, конечно. Сказал, что слово «пожар» в фигуральном смысле использовал. А на самом деле Яковлев просто оговорился. Он действительно знал про пожар, потому что был его заказчиком.

— А Гришка? Как там оказался Гришка? — спросил Корсаков Селезнева."

"— Гришка понимал, что в порту что-то не так. Его смутил рассказ Новикова про то, что тебя ударили по голове. Он поговорил с Ромкой, узнал про разговор с Матвеевым.

Ему это не понравилось. Маргулису очень хотелось, чтобы дела в порту наладились, он же работящий был мужик, семейный, обстоятельный. Ему стабильности хотелось. Да и ты, Иван, ему нравился. Поэтому он держал глаза и уши открытыми, собирал информацию. Думаю, что он случайно стал свидетелем разговора между Столыпиным и Большаковым, того самого, где они обсуждали, что собака не даст пройти. Скорее всего, Гришка ночью поехал в порт, чтобы убедиться в том, что все понял правильно, чтобы случайно не навести на Большакова напраслину своими подозрениями. И когда Маргулис застукал главного инженера за поджогом, то тому не оставалось ничего другого, как убить Гришку и подкинуть на место преступления твою куртку. Второй раз лишиться мечты о домике он был уже не в состоянии.

— А Матвеева он за что убил?

— Я ж тебе говорил, Иван Михалыч, что одна ошибка всегда тянет за собой другую. Скорее всего, Большаков где-то встретил Матвеева и в разговоре случайно упомянул, что тебя ударили по голове.

Он упустил из виду, что не должен об этом знать, потому что ты в порту никому про это не рассказывал.

— Они общались. Большаков с Матвеевым. Мне Гришка про это говорил. Я спросил тогда, с кем встречаются Беляев и Матвеев. Я же на них грешил. Думал, пакостят мне. А Гришка ответил, что Беляев ни с кем, а Матвеев — с главным инженером. А я не послушал его тогда. Точнее, не услышал, — горько сказал Иван.

— Вот-вот.