Не догадался сразу дать команду расстрелять машинам колеса, пока они еще на месте стояли. Людей расстреляли, а колеса – нет. И теперь следует ждать объединения двух врагов против меня одного. Если раньше, после выстрела снайпера в окно палаты Тамары, я мог еще надеяться, что Николаев вступил в конфликт с Бобиным по поводу использования снайпера, то теперь, после того как он помог Бобу избежать встречи со мной, эта надежда растаяла.
Балакирев снова прижал пальцами к голове шлем и, щелкнув тумблером микрофона, громко сказал:
– Да, слушаю.
Потом повернулся ко мне: – Якут спрашивает, принести ли винтовку «Корд» сюда.
– Конечно, – кивнул я. – Все исправное оружие, патроны… Это не чеченские леса и горы."
"Там, на Северном Кавказе, мы часто могли себе позволить вытащить затворы из оружия противника, а само оружие просто бросить как бесполезный металл. Не таскать же с собой по горам металлолом, мы не для того в рейды отправлялись. Хотя следственные органы часто требовали с нас сдачи оружия бандитов. Что-то мы сдавали, что-то себе брали в качестве боевых трофеев, кое-что умудрялись вывозить домой.
Правда, проверки у нас тоже бывали, но мы научились обходить их быстро. Составляли два реестра оружия подразделения. Каждый реестр был взводным и перечислял все наличное оружие взвода. Один, действительный, закрывали сразу, второй держали открытым и закрывали только перед проверкой. Командование на это закрывало глаза. В этом не было ничего странного, потому что оно само когда-то, в пору своей службы на боевых должностях, делало точно так же.
Да и сейчас время от времени кому-то из командиров требовался для каких-то целей автомат или неучтенный пистолет. Я, как командир роты, в этом случае обращался к командирам взводов и получал требуемый мне вид оружия. Так, уходя на пенсию, и составил свой арсенал, впоследствии пополненный благодаря «господину Генералову». И, согласно слухам и разговорам, почти все пенсионеры спецназа ГРУ где-то имели тайники с оружием…
Ночевать я остался у Вячеслава Петровича, положив под подушку обе свои трубки.
Рассвет в это время года приходил поздно, и еще в темное время суток мне на трубку «БлекБерри» позвонил полковник Самохин. Я вышел на улицу, прихватив с собой обе трубки. В дверях столкнулся с майором Никифоровым, который всю ночь провозился с моей машиной, приводя ее в порядок.
– Ну, фару ты будешь в сервисе менять. Не забудь сменить и сайлент-блок справа. Пуля фару пробила, срикошетила о стойку амортизатора и пробила сайлент-блок.
