Выстрел, который снес крышу

Павел не стал вытаскивать труп Зубра из машины. Он тщательно протер тряпкой «ТТ», вложил пистолет ему в руку.

Ни один мало-мальски опытный следователь не поверит, что это Зубр сначала уложил двух автоматчиков, а затем был убит ими. Не в том положении они лежали, чтобы можно было выстрелить в него, прежде чем умереть от ран. Но ведь мог быть и третий убийца, который появился, когда Зубр вернулся в машину. Только эта версия Павла не устраивала; ведь милиция начнет искать этого третьего, а это ему ни к чему. Поэтому он изменил положение лежащих на земле трупов.

Теперь можно было при желании поверить, что кто-то из них застрелил Зубра, так сказать, из последних сил. А желание такое у следствия обязательно возникнет. Виновники преступления будут установлены, а значит, можно закрывать уголовное дело по причине того, что все они погибли в перестрелке.

Еще Торопову понадобилось время, чтобы уничтожить свои следы. Глупо было бы оставить в «Мерседесе» отпечатки своих пальцев, а на лесной дороге – вмятины от костылей.

Ему пришлось порядком походить на своих двоих, отчего разболелась раненая нога. Поэтому Павлу ничего не оставалось, как воспользоваться джипом, который тихонько тарахтел без присмотра.

Занимаясь покойниками, он обыскал их, обнаружил документы, которые ни о чем ему не говорили. Илькин Станислав Иванович и Мастерков Илья Семенович. Один прописан в Екатеринбурге, другой – в Самаре. Ни того, ни другого Павел не знал, среди санитаров Ульяновской психиатрической больницы не видел. И киллера Виктора никто из них не напоминал.

Еще его интересовали мобильники, но отыскал он только один и в машине. Торопов полез в телефонную книгу, но не нашел там ни одного номера. И в короткой памяти он нашел только одного абонента без названия и с засекреченным номером. Павел попытался дозвониться ему, но связь сразу же обрывалась. Похоже, секретный абонент сам выходил на связь со своими подопечными. Возможно, это была Эльвира. Или Антон. А может, еще кто-то.

Телефон зазвонил, когда Павел был уже далеко от места.

– Да, – прохрипел он в трубку.

– Илья? – услышал он незнакомый мужской голос.

– В ногу ранил, падла. Больно.

Нога действительно болела нещадно, а в машине механическая коробка, и ее приходилось пускать в ход, чтобы переключать скорости.

– Дай трубку Илье, – потребовал незнакомец.

– Нет Ильи больше. Завалили его.

– Да, мертвый он. Торопов его застрелил.

– Торопов?! – удивился голос.

– Ну да, ну да… И что с Тороповым?

– Плохо. А с другим что?

– Ясно.