Выстрел, который снес крышу

– Вы в этом так уверены? – удивленно и жестко посмотрела на Торопова Эльвира Тимофеевна. И, смягчившись, гораздо более душевным тоном предложила: – Подумайте хорошенько, Павел Евгеньевич, вспомните; может, ваша покойная жена приходила к вам не только вчера? Все-таки восемь лет прошло…

Торопов думал недолго.

– Глупо отрицать, что она ко мне не приходила. Снилась часто. Особенно первое время. Но ведь снилась. А вчера все по-другому было…

– Это вам только так кажется, что по-другому, потому что еще не утрачена свежесть восприятия.

К тому же сейчас вы находитесь в той фазе, когда прежняя ваша жизнь находится за гранью реального восприятия. Кое-что вы помните из вашей прошлой жизни, а что-то – плод вашего больного воображения.

– Моего больного воображения?! – схватился за голову Павел. – Что вы такое говорите?

– Хорошо, давайте начнем с самого начала, – сказала врач и сделала глубокий вдох, как будто запасалась терпением. – Вы служите в милиции?

– У вас настоящее удостоверение?

– Я же говорил, что нет.

– Вы звонили своему начальству после того, как вас ударили по голове… а вас действительно ударили… звонили вы начальству?

– Да. Я набрал первый попавшийся номер, но пальцем нажал на рычаг. И после этого начал разговор.

– Разговор с пустотой? – пристально глядя на собеседника, спросила Эльвира Тимофеевна.

– Как вы сами считаете, может ли человек в здравом уме разговаривать с пустотой?

– Зачем вы так ставите вопрос? – смутился под взглядом женщины Торопов. – Это не разговор с пустотой.

Просто я сделал вид, что разговариваю с кем-то. Так многие делают…

– Мне все равно, что делают многие. Меня интересует исключительно то, что делаете вы. Вы сейчас находитесь под моим наблюдением, и я отвечаю за вас. И вы мне сами сказали, что разговаривали с пустотой…

– Нет, не так было! Вы спросили, а я всего лишь подтвердил!

Павел сопротивлялся как мог, но дело в том, что силы его иссякали с каждым произнесенным словом. Он точно помнил, что Эльвира Тимофеевна сама сказала про пустоту, но сейчас ему почему-то казалось, что именно он и сказал ей о том, что разговаривал с пустотой.

Под ее пристальным взглядом Торопову стало казаться, что он действительно не в себе. И эта несуществующая служба в милиции, фальшивое удостоверение, разговор с пустотой – все это вода на ее мельницу.

– Ну вот видите, вы подтвердили. Значит, вы согласны со мной… А вспомните клоуна. Он бежал, хохотал, но его видели только вы. А Котов его не видел!..