Выстрел, который снес крышу

Он должен будет найти преемника Горуханова, рассказать ему о кознях Эльвиры Тимофеевны.

Дарья мягко коснулась плеча. Утро уже, пора вставать. Сама она отправится на работу, а он – в ресторан «Золотая щука». Но так не хочется вставать. Пусть Дарья теребит его за плечо, ведь это так приятно.

– Вставай, завтрак стынет.

Завтрак – это хорошо. Но почему у Дарьи мужской голос? Причем знакомый…

Павел с ужасом открыл глаза и увидел санитара Сергеева. Одной рукой парень легонько толкал его в плечо, а в другой держал поднос.

Павел шарахнулся от санитара, как от сатаны. Сел в изголовье кровати, подобрав колени к груди – как будто так можно было закрыться от возможного удара. Но Сергеев и не собирался бить его.

– А ну-ка, а ну-ка! – Он поставил поднос на стол, снова подошел к Торопову и, глядя на него без всякой агрессии, плавно поводил раскрытой ладонью перед глазами. – Кажется, отпустило тебя, – сказал он с ликованием хирурга, успешно завершившего сложнейшую операцию.

– Что отпустило? – скривив губы, исподлобья посмотрел на парня Торопов.

– Да то, что накрыло, то и отпустило.

– Ты меня накрыл. Почку, гад, чуть не отбил.

– Ничего я тебе не отбивал, – удивленно протянул Сергеев. Но, спохватившись, с добродушно-снисходительным видом махнул рукой. – Ну да, ты же по своему миру плутал…

– По какому своему миру?

– Да по такому, ходил здесь, как чумной, комиссара Мегрэ из себя изображал… Завтракать будешь?

– Знаю я вас, – мотнул головой Павел.

– Сахар в чай намешан.

– Нет, обыкновенный, из сахарной свеклы. А может, из тростника, я точно не знаю…

– За идиота меня держишь?

Санитар выразительно развел руками. Дескать, нормальные люди в психушке не лечатся, а к убогим отношение особое – кто-то сострадает, кто-то глумится, а кто-то грешит и тем, и другим.

– Обычный завтрак, не придумывай ничего себе, – сказал он.

– За стол, – буркнул Павел.

– Тогда давай, трескай, сил набирайся.

Санитар ушел, а Торопов с опаской подошел к столу, сел, притянул к себе тарелку с кашей, обнюхал. Обычная овсянка, причем не на молоке, как обычно, а на воде. И масла совсем чуть-чуть, с наперсток, и хлеб не совсем свежий. Раньше ему на завтрак сардельки давали, сосиски, яйца вареные, а сейчас ничего. Да и каша наверняка с общего стола.