Выстрел мимо цели

Так что, когда вы отвлечетесь на что-то еще, когда ваш интерес вызовет следующая блестящая история, я просто попросил бы вас время от времени вспоминать ее имя: Бетани Уэйтс. Потому что она заслуживает того, чтобы ее помнили еще долго после того, как забудут Эндрю Эвертона. Что ж, это все новости, которые мы приготовили для вас в этот обеденный перерыв. С вами был Майк Вэгхорн. Спасибо за внимание. Берегите себя и заботьтесь друг о друге.

Весь Кент дрожит от холода, и Рождество уже не за горами.

– Я же сказала, – повторяет Донна, – ты прощен.

– Да, но… ведь это было важно, – сокрушается Богдан. – Все-таки награда. Что, если ты никогда больше не получишь награду?

– Огромное спасибо за доверие, – отвечает Донна. – Короче, вот основное правило: когда меня награждают, я хочу, чтобы ты присутствовал – если, конечно, ты не ловишь убийцу, организовав признание в прямом эфире из аккаунта в «Инстаграме» известной телеведущей. Тогда другое дело.

Жаль, но они так и не разгадали загадку «Можжевелового двора».

Богдан паркует машину чрезвычайно осторожно, поскольку парковочный комитет Куперсчейза не утратил ни капли своей власти. Более того, она даже усилилась после недавней неудавшейся попытки переворота. Сегодня Элизабет собирается поехать на утес, и Богдан пообещал присмотреть за Стефаном. Он знает, что Стефан будет рад увидеть и Донну.

Прежде чем покинуть машину, Богдан поворачивается к Донне.

– У меня тоже есть для тебя награда.

– У тебя? Награда для меня?

– Конечно, – говорит Богдан. – Я чувствую вину.

Богдан лезет в сумку на заднем сиденье машины и вытаскивает оттуда статуэтку Анахиты, богини любви и сражений.

– Донна, я очень тобой доволен.

– Богдан! – восклицает Донна.

– Я хотел сделать гравировку, но ты, кажется, этого не одобряешь.

Донна не может поверить своим глазам.

– Богдан, но она стоит две тысячи фунтов! Мы могли бы прожить на эти деньги две недели в Греции.

– Калдеш продал ее мне за один фунт и пожелал тебе успешно увернуться от всех кирпичей.

Донна смотрит на статуэтку – свою награду, потом снова на Богдана.

– А почему он продал ее за один фунт?

– Ну, – отвечает Богдан, открывая дверь машины, – он спросил, люблю ли я тебя. И я ответил «да».

Предложил это Рон. Пусть и по собственным причинам, однако теперь они все стоят здесь. Тут жуткий холод, как и ожидалось, но он уверен, что был прав.