Выстрел мимо цели

Они довольно маленькие, Ибрагим знает это, поэтому ему становится интересно, как же их… Вдруг Ибрагим осознаёт: только что он пропустил какую-то фразу Конни. Обычно невнимательность ему несвойственна.

Совершенно несвойственна. Кажется, надо восстанавливать мастерство.

– Прости, – говорит Ибрагим, – я не расслышал.

– Потому что улетел в страну грез, Ибрагим, – отвечает Конни. – Позволь спросить у тебя еще раз как у психиатра: по-твоему, что мною движет?

Ну, это простенький вопрос для Ибрагима. Конечно, мы все разные – множество уникальных снежинок, ведущих уникальную жизнь, – но «под капотом» у всех скрывается одно и то же.

– Импульс, я бы сказал. Стремление к движению и переменам. – Ибрагим складывает пальцы домиком. – Некоторым нужно, чтобы все оставалось как прежде, – вот я немного такой. Например, если изменится музыка в «Прогнозе погоды», то у меня перехватит дыхание. Но другие нуждаются в переменах. Ты нуждаешься в переменах. Хаос – то место, где ты легко можешь спрятаться.

– Хм, – произносит Конни, – как это мудро, мистер Ибрагим Ариф.

К чему она клонит? У Ибрагима возникает неприятное предчувствие.

– Полагаю, да. В твоей работе честность по иронии судьбы имеет первостепенное значение.

– Прикинь, да! – восклицает Конни. – Откуда ты узнал, как меня зовут, дружок? Как ты узнал о Конни Джонсон? Кто тебя подослал?

– Клиент, – отвечает Ибрагим.

Он плохой лжец и старается избегать лжи, где только возможно. Но, с тех пор как он встретил Элизабет, Джойс и Рона, ему приходится лгать все чаще и чаще.

– Вообще-то я уже слышала твое имя раньше, – признаётся Конни. – Ибрагим Ариф. Знаешь, от кого?

У Ибрагима заканчивается запас вранья, когда Конни наклоняется и шепчет ему в ухо:

– От твоего дружка Рона Ричи в тот день, когда меня арестовали.

Она откидывается на спинку стула: «Твой ход, Ибрагим».

– Это он велел тебе прийти сюда, верно? – спрашивает Конни. – Ты работаешь на него?

– Нет, я работаю на Элизабет Бест из МИ-5 или МИ-6.

Конни уважительно кивает.

– Выходит, в МИ-5 или МИ-6 хотят, чтобы я поговорила с Хизер Гарбатт?

– Косвенно – да, – отвечает Ибрагим.

– А поможет ли мне это на суде? Может, группа людей в балаклавах вытащит меня со скамьи подсудимых?

– Нет. Боюсь, что нет, – отвечает Ибрагим.

Хотя ему приходит в голову, что они, возможно, могли бы устроить и такое. Надо уточнить у Элизабет.

Но все-таки лучше ничего не обещать.