Боже, останови меня, пожалуйста.
— Я насчет игры, — обезоруживающе улыбнулся Просто Бог. — Раз уж ты здесь… Сыграем? Все равно у тебя кроме меня здесь соперников нет.
Я невольно усмехнулась и покачала головой:
— Ох, ты и самоуверенный.
— Какой есть, — пожал плечами Стэнфорд. — Так и ты тоже высоко нос задираешь. Или наврала, что сумеешь меня запросто уделать?
— Может, и не запросто, — фыркнула я, — но думаю, что сумею.
Стэнфорд высоко приподнял брови, красноречиво ожидая от меня дальнейшего развития событий, и я сдалась:
— Какую игру ты предлагаешь?
— Работаем в паре.
Стреляем по беспорядочно появляющимся мишеням одновременно. Засчитывается только попадание в яблочко. Кто первый промазал — тот и проиграл, — сверкнул белозубой улыбкой мужчина, вызвав у меня обреченный вздох.
— Ладно. Пойдем договариваться с администрацией об отдельном павильоне.
— Провокации в ходе игры разрешаются, — лукаво, как шкодливый мальчишка, прищурился Стэнфорд.
— Какие еще провокации? — остановилась я.
— Словесные, — весело подмигнул мне мужчина.
Вот же хитрый жук, и на что я опять по дурости своей подписалась?
***За аренду зала мы со Стэнфордом заплатили поровну, как он ни упирался. Мне казалось, что это правильно, и так я Просто Богу ничего не буду должна. Обычная игра на равных паях и условиях.
Как же наивно с моей стороны было думать, что слово «обычно» применимо к Стэнли Стэнфорду. Наверное, в этом мужчине нет ничего заурядного и привычного. Стоило ему выйти из раздевалки одетым в камуфляж, с «Брайаном» в руке, и светло мне улыбнуться, как сердце подпрыгнуло куда-то к горлу, а потом со звоном упало вниз.
Он был для меня притягательным, как пламя, а я, словно глупый мотылек, летела на его свет, даже не понимая, что заживо сгораю.
— Один-ноль, — весело сообщил он, разглядывая меня откровенно нецеломудренным взглядом. — Ты специально всякую фигню на себя натягиваешь, чтобы у мужиков мозг еще до стрельб отключался?
Браво. Он первый, кто догадался. Ну ведь как есть — Просто Бог."
"Мой виртуальный костюм один-в-один повторял тот снайперский, что был сейчас надет под голограммой на реальной Шарлотте: черный, гладкий, обтекаемый, подчеркивающий каждый изгиб моего тела и расстегивающийся одним плавным движением бегунка от горловины до левой щиколотки.
Чистая провокация, как и те платья, в которых я всегда «вышивала» в клубе перед спаррингами. Нормальный снайперский прием — сбить противника с толку, вывести из равновесия, рассредоточить его внимание.
