— Молодец, — зачем-то погрозил мне пальцем шеф. — Ну молодец же, Ривз, когда захочешь. Я выиграл. Марли мне сотню торчит.
У меня от неожиданности даже слов не нашлось.
— Вы что, с начальником тактического отдела на меня ставки делали? — спустя минуту мрачно поинтересовалась я у радостно притопывающего начальника.
— Ага, — поражая своей наглостью, признался он. — Марли утверждал, что ты отстрелишь О’Нилу яйца. А я сказал, что на этот раз обойдется без членовредительства. Я же тебя знаю, Ривз.
Если я тебе сказал без фокусов — значит, все будет по протоколу.
— Это точно. Вы меня знаете… Слушайте, босс, а мне с вашего выигрыша процент не полагается? Ну, я как-никак на вашей стороне играла…
У Мэйсона задергалась щека и глаза полезли из орбит:
— Ривз, — взвизгнул он. — А ну, марш отсюда. Дежурите с Джонсом сегодня в одиннадцатом секторе. И чтобы вечером на построении была как штык. Штаб объявит результаты отбора по проекту «Торн».
— А я при чем?
То, что меня туда не возьмут, и гадать не нужно было.
Ну, не с моим ростом и репутацией. Поэтому я искренне не понимала, зачем должна наблюдать за тем, как удача проплывает мимо.
— Молчать, когда я с тобой разговариваю, — окончательно взбесился Люк.
А я что делаю? И вообще, можно подумать, между его воплями хоть кому-нибудь можно вставить свои пять кредитов.
— Вечером на построении, я сказал. И отчет чтобы лежал у меня на столе уже сегодня. Пшли вон.
Мы с Полом понимающе переглянулись и, сделав вид, что очень расстроились, пошагали на дежурство.
— Ты куда? — поинтересовался Джонс, когда я вместо того, чтобы свернуть к стоянке склиперов, двинулась к своему флайкорту.
— Дежурить сегодня мы будем на этом, — кивнула на него я.
Снятая брелоком блокировка услужливо подняла вверх дверь летательного аппарата, и Пол очень «живописно» выругался.
— Ривз, у кого ты его сперла?
Ну вот, почему обо мне сразу нужно думать в таком ключе? Ну да, я не могу себе такой купить.
Но это не значит, что мне его не могут подарить или, в крайнем случае, дать покататься.
— Отец дал полетать, — сказала почти правду я. Дорогие подарки родителей я никогда не афишировала перед сотрудниками, не желая быть предметом зависти, злословия и выделяться на их фоне. А говорить напарнику о том, что мне сегодня стукнул тридцатник, не хотелось. Да и вообще не хотелось вспоминать об этом событии.
