— Я вышел со стоянки и увидел, как ты вылетел из монообниума, а за тобой погнались какие-то парни. Твои знакомые?
— Да нет, первый раз их вижу, — мотнула головой я.
Стэнфорд хищно прищурился и как-то угрожающе поинтересовался:
— У тебя проблемы с законом? Почему ты убежал?
Да. У меня проблемы. Только не с законом, а с одним чересчур дотошным мужиком. Я даже не представляла, что умею врать настолько быстро и убедительно, что в придуманное верилось самой.
— Я пушку отцовскую без спроса взял. Если бы патрульные проверили и сообщили родителям — мне конец.
Да и в клуб больше никогда бы не пустили.
Стэнфорд перестал хмуриться, и вдруг врезал мне подзатыльник, попав по синяку.
— Охренел? — захлебнулась от боли и возмущения я. — За что?
— За то, что чужие вещи без разрешения берешь. Еще раз так сделаешь — уши надеру.
Нет слов. Вот тебе и сон в руку.
— А обязательно все время драться? — потерла больное место я, поминая про себя Стэнфорда крепким словцом.
— Радуйся, что я ремень не снял, — «успокоил» меня он.
Да я радовалась. Не то слово. Вот ремнем меня еще ни разу не охаживали. Живо себе представила, как Стэнфорд с толком и расстановкой «полирует» ремнем мою задницу, и как-то сразу перехотела идти играть с ним в клуб.
— Ну и методы у тебя. — на всякий случай отходя от него подальше, возмутилась я.
— Нормальные методы, — фыркнул Стэнфорд. — Мужские. Мы с братом, когда из банды в приют попали, частенько огребали. Зато мозги сразу на место становились.
Наставником у нас там мужик был, суровый, но справедливый. Бывший военный. Если бы не он, кто знает, что из нас со Свэном вышло бы.
Я притихла, с интересом слушая приоткрывшуюся тайну прошлого Стэнфорда.
— Ты сирота? — тихо спросила у него.
— Мама умерла, когда нам с братом было одиннадцать, — с явной неохотой сообщил Стэнфорд, — А отца я вообще не помню. Понятия не имею, кем он был. Мать нам о нем не рассказывала.
— Мне жаль, — вздохнула я.
Стэнфорд вдруг насмешливо прищурился и дружески хлопнул меня по спине.
Да что ж у него за привычка такая — руки распускать? Хорошо хоть не опять по затылку."
"— Так что цени своих родителей, Пит. Цени и слушайся, — важно изрек мужчина, подталкивая меня к входу в клуб. — Если они тебе морали читают, то только из добрых побуждений. Ты, кстати, чего волосы себе такие длинные отрастил? Неформал типа?
Я обмерла. У аватара Пита волосы были короткими, а мои собственные — доходили до плеч.
