Галина вновь заплакала и попросила:
— Не говори так! Прошу тебя, не говори, что ты уйдешь, чтобы умереть!
После чего резко подняла голову:
— А может, может, мы уедем отсюда? Вдвоем! Я знаю куда. Туда, где никто не найдет. Да тебя и искать не станут, ведь ты же погиб?! Забудем все, и…
Капитан прервал ее:
— А как оставшиеся в горах солдаты? Или о том, что их расстреляют, мы тоже забудем? Забудем и о том, что натворят ублюдки Гурадзе? И как после этого мы сможем смотреть в глаза друг другу?
— Но я не хочу терять тебя!
— Ты не хочешь терять убийцу?
— Ну о чем ты говоришь, какой ты убийца? Разве твоя вина в том, что государство заставляет вас воевать.
А война — это кровь, это смерть. Разве ты виноват в том, что тебя готовили для того, чтобы ты уничтожал противника? И разве уничтожение боевиков, террористов, бандитов — преступление? Убийство? И разве стал бы ты стрелять в Коршунова, Бериллова, Гласенко и Рубанюка, если не был бы уверен в том, что они предатели, а значит, те же враги. Ты же сам об этом говорил?!
Капитан взял ладони женщины в свои руки:"
"— Спасибо тебе, Галя.
Я так боялся, что ты не поймешь меня. Ты поняла, вот только не ответила, сможем ли мы жить, зная, что по моей вине погибли пленные солдаты, чье спасение зависело только от меня? Бежать отсюда и затеряться в России не проблема, но как жить с постоянным чувством вины? И потом, родная, я должен остановить Черепа и его головорезов. Сейчас, когда я повязан с Черепом кровью, мне это сделать будет гораздо проще, чем кому-либо другому.
В банду внедрить агента практически невозможно, а я уже в ней.
— Но что ты сможешь сделать один?
— Многое, если повезет!
Капитан улыбнулся:
— Но если бы мне удалось выйти на спецслужбы, то вероятность уничтожения банды Черепа и срыв всех его планов превратилась бы в реальность. А планы у Гурадзе и его боссов, как в России, так и в Грузии, грандиозны. И если они будут воплощены в жизнь, последствия могут оказаться просто чудовищными.
— А как связаться со спецслужбами?
Макаров сказал:
— Мне нужно встретиться с Игнатовым! Немедленно! Ты могла бы позвонить ему и попросить приехать?
— Прямо сейчас?
— Да!
— Ты представляешь, о чем он подумает?
— Представляю, но Валера поймет, что заблуждался, как только переступит порог твоей квартиры.
— Да уж поймет точно, если, конечно, будет в состоянии что-нибудь понять, увидев тебя. Он тоже сильно переживал твою «гибель»! Запил! Сейчас вроде отошел, но по-прежнему пока еще не в порядке. Я его сегодня видела.
