Скажите, как мне называть вас?
— Как называть? Называй Сосо! Да, Сосо и обращайся ко мне на ты! Ведь я твой второй номер?!
— Хорошо, как скажете! Один вопрос можно?
— Конечно, Арно, спрашивай!
— Что, кроме обслуживания клиентов, мне придется делать в усадьбе господина Бериллова?
— Ничего! Только обслуживать клиентов. Возможно, некоторое время за двоих.
— И все?
— Да! За это ты получишь тысячу долларов. Сразу, как вернемся в ресторан!
Племянник Балаяна удивился:
— Тысячу долларов? Так много?
— Денег, Арно, много не бывает!
Моллаев взглянул на часы:
— Господа, нам, кажется, пора ехать!
Хозяин ресторана засуетился:
— Да, да, пора! Я провожу вас до автомобиля.
Моллаев остановил Балаяна:
— Не стоит! Мы и с Арно справимся, не так ли, Арно?
— Конечно!
— Что ж, тогда удачной работы вам.
Вахид нагнулся к Балаяну:
— Ты, Армен, главное, не волнуйся. Не в моих интересах подставлять тебя. Ты еще нужен. Очень нужен. Кстати, твой гонорар составит две тысячи долларов.
Как видишь, я щедро оплачиваю услуги своих друзей!
— Благодарю!
Вскоре грузопассажирская «Газель» была на пути к усадьбе Михаила Тимуровича Бериллова, мэра города Новоильинска, куда прибыла в 18.40. Охрана, предупрежденная о приезде машины из ресторана, пропустила «Газель» без досмотра и проверки документов. Разгрузив контейнеры с приготовленными и расфасованными блюдами, упаковки шампанского, коньяка, виски, водки, ящики с минеральной водой, Арно и Вахид принялись накрывать один большой и длинный стол, установленный в центре парковой зоны усадьбы у бассейна, недалеко от бани, имевшей форму сказочного терема.
Арно работал быстро и профессионально. Помощь Моллаева понадобилась, когда племянник Балаяна поручил Вахиду развести мангал. Этого и ждал Моллаев. Он подошел к одному из охранников, спросил, где можно взять дрова. И как рассчитывал, охранник указал ему на баню:
— Там! В тамбуре дрова. Любые! И мешки с углем там же.
Поблагодарив охранника, Вахид прошел в баню. Но прошел не в тамбур, расположенный в предбаннике, а в комнату отдыха. В комнату, где посредине стояла широкая кровать, на стенах висели большие зеркала, а окно было плотно зашторено. Комната любви, а не отдыха.
Моллаев осмотрелся. Стены комнаты бревенчатые. Поэтому Вахиду не составило труда закрепить между бревнами миниатюрную видеокамеру, сфокусировав ее на дверь и кровать.
