Выжить вопреки

– Это не мое дело, но вы, как командир, могли бы обратиться с предложением к вышестоящим командирам, насчет расположения танков.

– Морозов, красноармеец Морозов.

– О чем вы говорите, красноармеец Морозов?

– С вашего разрешения, товарищ лейтенант, – я постарался рассказать и объяснить командиру, что танки нужно зарыть в землю, с возможностью отхода задним ходом.

– Да кто меня слушать-то будет? – рассеянно ответил лейтеха.

– Товарищ командир, вы объясните это тем, что у вас в роте есть бойцы с опытом, уже видевшие такую оборону.

Танкистам жить в этих танках три минуты, если их не укрыть. Да и мы без поддержки долго не усидим. Если будут ругаться, ссылайтесь на меня. Попробую довести до командиров, что это разумно.

Я был очень удивлен, но лейтенанта послушали. Экипажам танков придали два взвода бойцов, и те споро принялись копать сырую землю.

Чуть позже меня все же позвали в штаб, причем аж полковой. Оказывается, тут, вокруг моста и в обе стороны от него, стоял целый полк, причем, судя по танкам, хорошо оснащенный.

Штаб был на той стороне реки, в землянке.

– Ну, здорово, боец! – приветствовал меня командир, судя по шпалам в петлицах, майор.

– Здравия желаю, – коротко ответил я, не озвучивая все свои «титулы».

– Ты откуда такой умный взялся? Лейтенант рассказал, что зарыть танки твоя идея.

– Просто воюю с июня, – начал я, – видел, ЧТО бывает, если танки не укрывать. Или авиацией раздолбают, или просто артиллерией и теми же танками.

– Где воевал? Давай, расскажи о себе, с самого начала, – майор предложил мне сесть и выложил на стол портсигар.

– Благодарю, – кивнул я и взял папиросу. Прикурив, хороший табачок, однако, я продолжил: – Так же, как и сейчас, мосты охранял. Аж целых два. Войну начал километрах в двухстах от границы, стрелком. Вроде и далеко, на первый взгляд, однако немцы были уже там. Рассказывать особо нечего, как-то отбивались, один раз не смогли. Получил ранение тоже на мосту, уничтожил танк, а меня срезали. Наши отступили тогда, меня, как и многих других бойцов, оставили в одной деревеньке по дороге, – на это командир кивнул, видимо, понимал для чего.

 – Два месяца отлеживался, затем пошел к фронту. Сначала побил полицаев и нескольких фрицев в деревне, на которую вышел, встретил четверых ребят, наших бойцов. Те тоже после ранений отлеживались. Двое из них сейчас со мной, повезло, после фильтра попали в один отряд. Уже впятером освободили лагерь военнопленных, их там немного было.