Выжить вопреки

Прикольный у немчуры хлеб. Пакет сорокового года выпуска, вон штампик на нем, а хлеб нормальный. Едва ли не вкуснее того, что у нас в стране, в двадцать первом веке, будут за свежий принимать.

Ужинали по очереди, один из нас всегда наблюдал за работой фрицев. Мы были хоть и на открытой местности, но гораздо выше лагеря, поэтому и могли «бесплатно» наблюдать весь этот цирк. А как еще назвать? Немчура так охотно издевалась над нашими бойцами, что думаю, когда мы начнем атаку, пленные сами бросятся на охрану. Самое главное, бойцы выглядели хорошо, видимо, лагерь здесь образовали совсем недавно, не успели фрицы еще «сломать» наших советских бойцов.

Немцы куражились, швыряли пустые банки в бойцов, те кидали их обратно, немчура огрызалась в ответ и бряцала оружием.

Овраг с лагерем был вытянутой формы, вот чуть дальше в этой природной яме я и залег, со снайперкой. Моя задача – вышки. Если уберу пулеметчиков, ребята смогут вступить в бой. Они вооружены двумя автоматами и пулеметом, причем на этот раз Ваня нес не ДП, а взял трофей, понравилась ему эта швейная машинка.

Опыта было совсем ничего. Я боялся сделать самую главную ошибку человека с винтовкой, поспешить. Затвор у «мосинки» хоть и смазан, и ходит легко, но мне предстоит сделать выстрел, затем переместить ствол на вторую вышку, одновременно передергивая затвор, прицелиться и, не промахнувшись, сделать второй!

Немец на первой вышке, той, что стоит дальше от меня, уже полминуты был в моем прицеле. А я все ждал, когда наконец на ближней вражина угомонится.

Как и говорил, опыта мало, по движущейся цели мне точно не попасть, хоть здесь и было-то меньше трех сотен метров. Наконец, на ближней вышке пулеметчик остановился, а то бродит по своему пятачку туда-сюда, как «энерджайзер», блин. Я потянул спуск, раздражающе длинный спуск завершился выстрелом и подкидыванием винтовки. Когда она вновь заняла прежнее положение, я стал ее перемещать, в попытках найти второго пулеметчика на ближней вышке. Почему не удостоверился в поражении первого? А зачем? Стрелял я в корпус, уж, думаю, наверняка попал. Пока ловил в прицел второго, то услышал звуки стрельбы. Наверное, парни начали атаку. Странно только, я же сказал, что после второго выстрела…

Стреляли не мои бойцы, а тот самый неугомонный фриц с ближайшей ко мне вышки. До него было еще меньше, метров двести тридцать – двести пятьдесят, уж извините, точно не могу определить. Эта гад начал стрелять в пленных, видимо, решил, что в его напарника стреляли заключенные.