Выжившая из Ходо. Академия

Тайджу поднял взгляд на моего спутника и спросил:

— И что же юный господин...

— Винсент Файпер.

— ...Юный герцог Файпер может предложить?

В глазах рибенца появился заинтересованный блеск."

"Винсент молча вытащил из-за пазухи цепочку, на которой висело толстое кольцо с вкраплениями белых камней. Магии вокруг него было намешано столько, что хотелось зажмуриться. Артефакт девятого ранга, определила я с ходу.

Юноша бросил цепочку с кольцом на стол и равнодушно спросил:

— Это достаточно хорошая ставка для вас?

Тайджу алчно смотрел на кольцо.

Все смотрели на кольцо. Мне казалось, что они едва не облизываются на него. Что это такое? Какой-то известный артефакт? Рибенец кивнул и обратился к Винсенту:

— У меня нет с собой достаточной суммы, чтобы покрыть вашу ставку. Что вы хотите получить взамен, если леди выиграет?

— Вашу катану духа, – произнес Винсент.

Брови всех присутствующих поползли наверх. Тайджу немного подумал и кивнул. Затем вытащил клинок и демонстративно положил его рядом с доской.

Черная гладкая рукоять так и манила, и я отвела глаза, что бы не выдать своих чувств. Опустилась на стол, медленно выдохнула и подняла взгляд на своего врага.

Винсент дал мне шанс. Осталось выиграть.

Самым сложным оказалось изобразить бестолковое метание по доске в самом начале. Обычно я собираю ягуру за двенадцать ходов, но тут мне пришлось попотеть, чтобы создать нужную крепость из фигур. Сначала я построила такамино, а затем уже «Серебряную корону».

Старательно изображая бесшабашность и растерянность, я краем глаза отмечала снисходительные улыбки окружающих.

На мою игру повелись все. Тайджу атаковал с фронта, но уперся в глухую оборону. Когда я перешла в наступление, улыбка медленно сползла с его лица, и наблюдать за этим было сплошное удовольствие. Но его приходилось тщательно скрывать, делая вид, будто я хожу наобум.

Когда фигуры Тайджу начали одна за другой исчезать с доски и возвращаться уже частью моей армии, рибенец поджал губы и бросил на меня пристальный взгляд.

Искушение ответить ему тем же было острым, как никогда. Но черная рукоять катаны духа, которая лежала рядом с доской, искупала все мои старания и страдания в этой безумной стране. Поэтому я продолжила мило улыбаться и расчетливо ходить.

Наконец, я передвинула плоский кусочек дерева с иероглифом и мило улыбнулась:

– Мат, господин Тайджу.

По залу пронесся изумленный вздох.