Дальше шло объяснение правил. Тут мне уже пришлось слушать внимательно. Сегодня всем командам, которых оказался десяток, предстояло пройти первое испытание. Спуститься в то самое подземелье и принести золотой цветок. Я поморщилась, услышав о цели путешествия. Впрочем, было наивно думать, что остроухие обойдутся без пафоса.
После короткой жеребьёвки оказалось, что честь спуститься в коридоры под ареной первыми выпала нам и команде Академии Лиансина. Студенты из столичной Акдемии пожелали нам удачи, и мы с друзьями спустились вниз.
За нашими спинами по трибунам бежал шепоток. За поясом у меня по-прежнему висела катана, а у ног бежал Тьен. Полуэльфийка с пленным демоном и оружием рибенцев вызывала у местных смесь ужаса и недоумения.
Мы остановились у черного провала. Первым в темноту шагнул Вин. Я хотела пойти замыкающей, но юноши не позволили мне этого сделать. Пришлось идти сразу за Винсентом и слушать пыхтение Шона и Ястера у себя за спиной.
Мы одновременно сотворили четыре магических светлячка, и теперь они наперебой сияли, разгоняя тьму.
На одной из ступенек я запнулась и оперлась о стену. Вместе с камнем я ощутила под своими пальцами нечто иное. Гладкая, слегка выпуклая поверхность с ровной бороздкой посередине обожгла холодом, и я едва удержалась от того, чтобы отпрянуть. Пугать друзей пока не стоило, поэтому я просто замерла и медленно отвела руку, рассматривая то, что меньше всего ожидала здесь увидеть.
Глава 39. Первое испытание
Больше всего мне хотелось кричать. Рвать на себе волосы от эльфийской тупости.
Но вместо того, чтобы дать волю чувствам, я быстро рассмотрела желтоватую полоску в стене и поспешила следом за Винсентом. Если мои друзья и заметили мое замешательство, то вопросов задавать не стали. В голове прозвучал голос Тьена:
«Безумные»...
Да уж... Это еще мягко сказано. Зачем строить в таком месте эту арену? Зачем строить рядом с таким местом город? Судя по тому, что я видела в доме Дэ-Хоя, они полагаются на защиту какой-то магии. Но мне она не внушала доверия.
Безумцы... Нет, безнадежные остроухие идиоты! А я еще удивлялась, что Ян-Лин тогда, на берегу, не понял, по чему он идет. Если след остался не только от него... Остается молиться.
«Мы справимся».
В голосе пса была железная уверенность, но я только грустно покачала головой. Конечно, я уже не маленькая девочка, которая, играя, пробудила древние кости в горах. Но не уверена, что совладаю.
«Если это произойдет, у нас не останется выбора».
Он был прав.
