Выжившая из Ходо. Наследница некромантов

Хана несколько мгновений изумленно хлопала ресницами, а затем презрительно фыркнула:

— Ты бредишь.

Я нехорошо улыбнулась и отвела назад выбившуюся из прически белую прядь. В этот момент глаза девушки изумленно распахнулись. Она увидела символику Ходо на окантовке рукава. Затем ее взгляд скользнул по зеленым паучьим лилиям на подоле. В этот момент Тьен встал у меня за плечом. Хана невольно вскинула голову и вздрогнула. Сегодня волосы моего добровольного слуги были распущены, как и подобает демону.

Девушка перевела взгляд на меня и прошептала:

— Этого не может быть.

У Ходо... Не было полукровок. Ходо никогда не опустились бы до связи с врагом и не оставили бы такого ребенка... А жена наместника Харуто умерла, и он до сих пор горюет.

Я вспомнила то, что совсем недавно обнаружила под замком и яростно прошипела:

— Горюет?!

Наверное, мое лицо исказилось от бешенства, потому что Хана отпрянула и вжалась спиной в дерево. Из воспоминаний меня выдернул Тьен. Он негромко произнес:

— Мия.

Усилием воли я удержала золотую искру, которая снова хотела предательски раскрыться.

Этого пока девчонке лучше не видеть. И так звук моего имени напугал ее больше, чем все остальное. Когда-то она знала меня. Хана смотрела на меня, как на восставшего мертвеца. Затем девушка упрямо повторила, убеждая саму себя:

— Этого не может быть.

Я не выдержала. Подалась вперед и прикоснулась к щеке девушки.

— Горюет? – переспросила я. – О чем он горюет, Хана? О детях, которым он отрубил головы на глазах двух родов? Или, может быть, о жене, которую обезглавил собственноручно в ночь нападения на Сакуратэншу? Или о том, что открыл Тайджу ворота замка и выдал расположение тайного хода?

На этот раз меня оборвал Святой.

— Мия, – резко сказал он. – Прекрати пугать ее.

Хана побледнела и начала бормотать:

— Ты бредишь... Харуто пощадили из жалости... Теперь он служит Тайджу и надеется вернуть провинцию своему роду, отстроить Сакуратэншу...

Я вспомнила безмолвный замок и горько рассмеялась. Теперь вмешался Винсент:

— Достаточно, Мия.

Пожалуйста.

Я вскинула голову и взглянула ему в глаза. Юноша приблизился к своей пленнице и теперь спокойно смотрел на меня, ожидая благоразумия. Я медленно выдохнула и встала. Затем одернула широкие рукава кимоно и увидела, что Вин бросил на девушку полный жалости взгляд. А затем юноша молча поднял Хану на руки и понес к лошади. Девушка не сопротивлялась.

Рядом со мной оказался Шон. Он удивленно покачал головой:"

"— Ну ты даешь.