Фиррем повернулся ко мне и произнес:
– А ты, оказывается, не такая дура, как я думал. Или это братец нашептал тебе про хакку и Годжена? Впрочем, скорее, юный Файпер. Этот искушен в интригах, в отличие от упертого остроухого дурака.
– Мой брат не дурак, – процедила я. – И браслет вы не получите.
Мужчины разошлись в стороны и начали окружать меня.
– Годжен тоже так думал, – ухмыльнулся барон. – Но просчитался. А вот герцогу Бейтану и тебе удалось обойти мои ловушки.
– Вы собственноручно убили его? – спросила я, делая шаг назад.
Фиррем покосился на Тайджу и отрезал:
– Неважно. Тебя постигнет та же участь, если ты не будешь хорошей девочкой и не отдашь мне браслет. Я ходил за Амалией столько лет и развитию ее болезни поспособствовал. Но даже когда она оказалась в могиле, эта вещица мне не досталась.
Его лицо исказилось от злости. В тот же миг дверь одного из склепов резко распахнулась, и оттуда вылетел огненный шар размером с голову взрослого мужчины. Фиррему пришлось контратаковать водой. Когда облако пара рассеялось, я увидела, что Шоннерт собирает новое заклинание, чтобы достать барона.
В свете магического светлячка лицо брата было белым, а сжатые губы и яростный блеск синих глаз явственно говорили о том, что он все слышал. И теперь, позабыв о нашем плане, вышел из укрытия, чтобы мстить.
То, что Фиррем оказался не один, стало для него сюрпризом. Иначе я не могла объяснить того, что Шон не смог увернуться от воздушной мельницы Тайджу. Острые сверкающие лопасти заклинания срезали прядь волос надо лбом и зацепили левое плечо полуэльфа.
Он снова ударил огненным заклинанием с тем же результатом, а затем раздался до боли знакомый протяжный переливчатый не то вой, не то клич. Ему вторил голос второй твари, более низкий и глухой."
"Фиррем замер и сделал шаг в сторону Тайджу. Шоннерт тоже застыл. И только я начала считать вслух:
– Шесть… Семь… Восемь…
Вой повторился, и брат мгновенно забыл про своего врага. Одним прыжком Шон оказался рядом и встал спиной к моей спине. Краем глаза я выцепила чуть в отдалении еще один совсем свежий крест.
Расстояние между мной и крестом отчего-то смущало. Но додумать эту мысль мне снова не дали. Хакки выскочили одновременно с двух сторон кладбища. Руки-лезвия поблескивали в свете луны и магических светлячков. Из оскаленных пастей рвалось глухое рычание.
Тайджу и Фиррема твари проигнорировали. Метнулись сразу к нам. Я позволила шкатулке упасть на землю и потянулась к катане духа. Но вытащить ее не успела.
