Не оборачиваясь, я ответила:
– Хорошо. Без сказок.
И больше ничего не сказала. Все мысли крутились вокруг обещания, которое я дала Ли-Ин. Эльфийский турнир… Это мне на руку. Если вторым желанием Шияссы было найти отца, там у меня будет шанс. Он наверняка как-то связан с браслетом. И тот, кому предназначено украшение, подскажет, где его найти. Если только того эльфа не казнили за передачу реликвии чужестранке. Да и в таком случае я смогу помолиться на его могиле и считать свой долг перед душой Шияссы выполненным.
Кажется, мои собеседники поняли, что отвечать я не намерена.
Стэндиш раздраженно начал:
– Шиясса…
Но договорить ему не дали. В дверь коротко постучали. На пороге возник пожилой слуга, который доложил, что господин Аккеро желает видеть леди Гемхен.
Представитель Ордена Святого Альбана выглядел уставшим. Светлые волосы встрепаны, под глазами залегли тени. Он ждал меня в небольшой уютной гостиной. Тонкие пальцы постукивали по ручке кресла. Я произнесла положенные приветствия и опустилась в кресло напротив.
Стэндиш и Бейтан остались за дверью.
Следователь долго молчал. Взгляд скользил по моей фигуре, и в нем проглядывали остатки интереса. Затем он вытащил пачку бумаг, бросил на столик между нами и сказал:
– Подписывайте.
– Что это? – подозрительно спросила я.
– Читайте, – пожал плечами Аккеро.
Я взяла бумаги и торопливо пробежалась по ним глазами. И чем больше читала, тем выше взлетали мои брови, и тем труднее мне было удержать на месте челюсть.
– Что это? – наконец повторила я.
Следователь вздохнул и будничным тоном сообщил:
– Ваши свидетельские показания, леди. О том, что Фиррем пытался убить вас и герцога Бейтана. А когда его раскрыли, то барон устроил на кладбище форменное безобразие с помощью Тайджу и темной магии. И спасла всех ваша эльфийская магия, золотая искра, «творящая жизнь».
Он говорил правду. В документе не было ни слова о том, что я подняла мертвецов со всего кладбища с помощью некромантского призыва и сражалась катаной духа. Я молча макнула перо в чернильницу и вывела подпись.
А затем подняла взгляд и спросила:
– И чего мне это будет стоить?
Я ожидала чего угодно. Но неожиданно Аккеро махнул рукой:
– Пока – ничего. Я уезжаю в столицу, чтобы доложить о произошедшем. Вернусь через пару месяцев, там и сочтемся. А пока…
Он достал из-за пазухи еще один листок и задал вопрос:
– Знаете, что это? Жалоба господина Гуасина на пропажу одной ценной вещи.
Я похолодела.
– И что же это за вещь?
– Некая шкатулка.
