Взаперти

Мальчишка так и лежал под сиденьем, положив голову на ладошки и, кажется, засыпал.

– Даже не думайте, – понял меня Полянский, – не сейчас. Мы вернёмся за ним на обратном пути.

Впереди нас ждала только кабина машиниста и тот самый голос, оборванный в динамике связи. Глаза Трэвиса были полны надежды, казалось, ей, этой самой надеждой, он хотел перекрыть то горе, в котором сейчас пребывал. Пока мы шли через весь этот поезд, ни один динамик, ни в одном из вагонов так и не заговорил. Я думал о спятившем Хорхе и о несчастной Хосефе, мне так и не удалось узнать, кем же она была.

Яхве воздаст, – крутилось в ослабленной памяти, – вот только кому он воздаст и за что? И был ли он здесь вообще…

26

Хосефа

Хосефа долго вынашивала свой план, ещё с того первого раза, когда он пригласил её в спальню протирать подоконники и полы. Она не заметила, как он подошёл сзади, а после уже не смогла ничего изменить. И так повторялось бесконечно долго. Каждый раз, когда она хотела сбежать, он находил её снова, один раз сильно избил, в другой – пригрозил тюрьмой.

– Ты знаешь, что сейчас в твоей сумочке? – шептал он ей на ухо. – Правильно, там наркотики. А ты даже не знала. Как думаешь, на сколько это потянет?

Со своей женой он спал по-другому, она как-то вошла в их спальню, совсем неудачно зашла. Миссис Майлз кричала тогда, что нужно её уволить, Хосефа молилась, чтобы так и произошло, но хозяин не разрешил. Никто не избавляется от потехи, пока она ему не надоест. Хосефа боялась его невозможно. Он снился ей по ночам, в каждом кошмаре, он был её адом, нескончаемым страхом… А как с ним бороться? Только убить.

"До того как переехать из своей деревушки в город, она жила в частном доме и время от времени резала кур. Конечно, шея мистера Майлза ничуть не походила на куриную шею, но и отрезать ему голову ей не пришлось. Она точно рассчитала, куда надо ударить, чтобы с первого раза и насмерть. Но одного удара ей показалось мало для такого ублюдка, как он. Она опомнилась, только когда услышала за дверью шаги.

Хосефа открыла глаза и вскоре уже поняла, где находилась. Поезд мчался быстрей, свет уже озарял всё купе. Она вспомнила сегодняшний день и несчастного мистера Лембека, которого она случайно убила…

Слёзы уже подступали к горлу, когда дверь в купе отворилась. Хосефа вгляделась в знакомую фигуру в очках и расплакалась, но уже от счастья.

– Вы проснулись? – тёр шишку на лбу мистер Лембек.