Взаперти

Я взялся за рычаг.

– Тяните его на себя.

– Вы уверены?

– Не трусьте!

Трэвис взял мою руку и опустил рычаг на одно деление, потом ещё на одно.

– Мы замедляемся! – указал он на скоростное табло.

И правда, смазанный до того горный пейзаж становился более чётким.

– Уже шестьдесят! Тяните, Берроу! – кричал мне Полянский, а сам отвернулся и вздохнул пару раз глубоко, но от того, как мне показалось, побледнел ещё больше.

У меня же в животе сжалось так, что в глазах потемнело, и эта дурацкая боль разнеслась по всем нервам.

– Да что это с вами со всеми? – посмотрел на нас Трэвис и опустил рычаг ещё ниже.

Мы услышали мощный взрыв.

Нас отбросило на панель приборов, поезд заскрипел металлическим скрежетом, заглушая все звуки вокруг.

– Что происходит! – кричал Колин.

Полянский с трудом поднялся и посмотрел в окно.

Состав давал крен, мы были на повороте.

– Что там?

– Взорвался последний вагон, багажный, – сказал доктор.

Нас будто кипятком обдало.

– Они подключили взрывчатку к регулятору скорости! – понял Трэвис.

– Может, перевести пассажиров из нашего вагона сюда? – предложил я.

– А может, нам повезло, что взрывом не снесло поезд с рельсов? – прокричал Колин. – Вы думаете, мы переживём ещё один взрыв?

Я посмотрел на приборы.

– Пятьдесят километров в час! Недостаточно, чтобы спрыгнуть, а?

– Будет достаточно, – сказал Полянский.

– Для чего? – вылупился на него Колин. – Для того, чтобы разбиться насмерть? Тогда валяй, парень, прыгай.

– Никто разбиваться не будет, – сказал спокойным голосом доктор. – Поезд достигнет своей минимальной скорости вон на том участке пути.

Мы прильнули к окну.

Примерно через километр виднелся подъём в гору.

– На самой верхней точке скорость может достигнуть двадцати километров…

– Может и меньше, – кивнул Трэвис."

"– Зато вниз он помчится на всех порах, – смотрел я на крутую возвышенность.

– Мы успеем сойти до того!

– Вы понимаете, что нужно успеть вывести всех? – Колин смотрел на нас.

– Другого шанса у нас нет!

Мы выбежали из кабины.

– Трупы мы сбрасывать, надеюсь, не будем? – спросил доктор, входя в вагон.

– Одно тело – одна спасённая жизнь. Нет времени, – сказал Трэвис.

Мы прошли весь вагон.

Мальчонку я так и не нашёл, хотя заглядывал под каждое кресло. Я даже вспомнил пару слов по-французски, но пацан не откликался всё равно.

– Я вспомнил какого-то мальчишку, – вдруг сказал Колин, догоняя меня.