Взаперти

– Уважаемые пассажиры, – раздалось через треск, – наш поезд не остановится на следующей станции из-за плохих погодных условий. – Динамик опять затрещал, и сигнал пропал.

Мистер Лембек кинулся к блоку экстренной связи и стал стучать по нему кулаком.

– Выпустите нас сейчас же, слышите, выпустите! Нас всех убьют, убьют! – вопил он как сумасшедший.

Девочка испугалась и заплакала. Старик унёс её в купе.

– Перестаньте пугать ребёнка, – шипела вдова на очкарика.

Но он уже никого не видел. Глаза его наполнились страхом, веко под стёклами его мелких очков задрожало, на лице появилась непонятного вида улыбка, переходящая в истерический смех.

– Матерь божья, – взмолилась вдова, – он сходит с ума!

Мистер Лембек, связанный по рукам и ногам, сидел на своём законном, дважды купленном месте.

Рядом с ним сидела Хосефа и отпаивала бедолагу водой.

– Там кто-то есть, кто-то есть в кабине поезда, – бормотал он.

– Конечно есть, – совершенно спокойно сказал Полянский, – как бы он тогда ехал.

– Надо пойти, пойти к машинисту, – тараторил взлохмаченный Лембек.

– Конечно пойдём, через закрытые двери. – Доктор посмотрел на несчастного, поправил порванный ворот рубашки и вышел из его купе.

Я уже не испытывал ужаса, меня больше пугала Лиан и этот проклятый сон, чем то, что нас захватили. Может, оно и лучше, видеть такие сны? Не так страшна будет реальность.

– Вы же понимаете, что если преступник доберётся до Лембека, то он даже не сможет себя защитить? – сказал я Полянскому, отойдя к окну.

Доктор всё так же смотрел в темноту, мчащуюся мимо нас, будто был в ней какой-то ответ, которого не было здесь.

– А может, он сам преступник и есть? – повернулся ко мне Полянский. – Неплохо ведь, а? Поднять истерику, изобразить страх, снять с себя все подозрения.

– Не думаю.

– А может, он ищет ваши часы? А, Берроу?

– Может, он ищет вас? – не выдержал я. – Вы же тоже от кого-то бежите. Или, наоборот, ищете кого?

Полянский лишь улыбнулся.

– Кстати, этот ваш шприц…

– Первый раз видите шприцы? – ухмыльнулся он, наградив меня насмешливым взглядом.

– Нет, не первый. Вот только вы…

– Что я?

– Сначала вы находите место укола на плече Хосефы, потом у вас находят шприц. Вам не кажется это слегка подозрительным?"

"– Подозрительным было бы то, если бы место укола на плече Хосефы обнаружили вы, а не я. И если бы шприц был пустой. По-вашему, что же, я сдал сам себя?

– По-моему, каждый из нас что-то скрывает.